Iberiana – იბერია გუშინ, დღეს, ხვალ

სოჭი, აფხაზეთი, სამაჩაბლო, დვალეთი, ჰერეთი, მესხეთი, ჯავახეთი, ტაო-კლარჯეთი იყო და მუდამ იქნება საქართველო!!!

• Армяно-Грузинская война 1918 г.-III

Armenia – Georgia

 

Эндрью Андерсен и Георг Эгге

  

Армяно-Грузинская война 1918 г. и Армяно-Грузинский территориальный вопрос в ХХ в.

 Armeno-Georgian War of 1918

and Armeno-Georgian Territorial Issue in the 20th Century

   I, II, III, IV, V

Часть III   

 

 Ситуация на других рубежах Армении и Грузии

 

Обострение армяно-грузинского конфликта в зоне будущей границы между двумя республиками проходило на фоне более чем непростой обстановки на других рубежах как Грузии, так и Армении.   

 

 Ситуация на западных, южных и восточных рубежах Армении   

 После капитуляции Оттоманской Империи в конце октября 1918 года и отмены границ, установленных утратившим силу Батумским договором, Армения оказалась в конфликте не только с Грузией, но и с Азербайджанской Демократической Республикой, а также с рядом квазигосударственных образований, созданных покидавшими Южный Кавказ турецкими войсками и местными про-турецкими силами.   

 Планы армянского правительства взять под свой контроль всю территорию Эриванской губернии, а также Карсскую область – натолкнулись на сопротивление Карского Исламского Совета (Карс Ислам Шурасы), созданного 5 ноября 1918 г. в г. Карс по инициативе командира 9-й турецкой армии генерала Якуба Шевки-Паши. Опираясь на остававшихся в области после Мудросского Перемирия турецких солдат и офицеров численностью не менее 30 000, а также на вооруженные турками иррегулярные отряды из местных мусульман численностью до 8000 человек, Карский Исламский Совет заявил о взятии под контроль всей Карской области. Устами председателя Исламского Совета иттихадиста Фахреддин-Бея и генерала Шевки-Паши союзной миссии в Константинополе было заявлено, что мусульмане Карской области согласны принять либо турецкую, лобо российскую юрисдикцию, а любые попытки овладеть областью со стороны Грузии или Армении будут встречены массовым вооруженным отпором[1]. Карский Исламский Совет также заявил претензии на все южнокавказские территории, аннексированные Турцией по Батумскому договору, включая Нахичеванский и Алексондропольские уезды Эриванской губернии, Ахалцыхский и Ахалкалакский уезды Тифлисской губернии, а также Батумский округ (см. Карту 3)[2]. Эти территориальные притязания были подтверждены и сменившим Исламский Совет в декабре того же года Мусульманским Национальным Советом (Милли Ислам Шурасы).   

    

На западе Эриванской губернии – в Сурмалинском уезде (р-н г. Арарат) местные курдские племена начали партизанскую войну против вступивших в уезд армянских воинских частей. Кроме того, в начале декабря 1918 г, Джафар-Кули Хан Нахичеванский провозгласил в Игдыре «Независимую Аразо-Тюркскую Республику», заявив претензии не только на Сурмалинский уезд, но также на Нахичеванский и Шаруро-Даралагязский уезды Эриванской губернии[3]. Опираясь на вооруженные турецким оружием татарские иррегулярные отряды и на оставленный турками регулярный батальон, Джафар-Кули начал войну с Армянской республикой, и хотя его силам на первых порах  удалось удержать только узкую полосу Нахичеванского уезда между Нахичеванью и Ордубадом[4], этот конфликт отвлекал на себя часть армянских вооруженные сил, которые могли быть использованы в войне против Грузии.   

 Постоянным источником нестабильности для Армении было и азербайджанское направление. По территориальным вопросам правительство Демократической Республикой Армении имело не меньше расхождений с руководством Азербайджанской Демократической Республики, чем с правительством Грузии. В конце ноября 1918 года Верховный Комиссар британской миссии на Южном Кавказе Джон Оливер Уордроп предложил установить временную границу между Арменией и Азербайджаном вдоль линии административного разграничения между Эриванской и Елисаветпольской губерниями, исключая небольшой участок в р-не Ордубада, на котором она была скорректирована в пользу Азербайджана[5].   

 Однако «линия Уордропа» оказалось неприемлемой ни для Азербайджана, ни для Армении. Правительство Азербайджана претендовало на значительную часть территории Эриванской губернии (в основном на три уезда, на которые претендовала вышеупомянутая Аразо-Тюркская республика, а также на восточный берег озера Севан и Зангезур), в то время как Армения стремилась к присоединению Зангезура и нагорного Карабаха, который с точки зрения армянских националистов включал горную часть Джеванширского, Карягинского, Шушинского и Елизаветпольского уездов (что существенно превышает территорию созданой впоследствии советской административной единицы, известной впоследствии как НКАО), а также Казахского уезда Елизаветпольской губернии.   

 К началу Армяно-грузинской войны ситуация к востоку от линии Уордропа складывалась следующим образом:
♦ Большая часть Зангезурского уезда находилась под контролем полу-партизанских армянских формирований генерала Андраника, которые вели успешные бои против турецких частей и отрядов местных мусульман, а также планировали вторжение в Нагорный Карабах с целью установления там стабильной армянской государственности. Андраник формально не подчинялся правительству Армянской республики и действовал по личному усмотрению, согласовывая свои действия только с местными армянскими органами управления в Зангезуре и Карабахе.  Боевые действия на подступах к Карабаху были прекращены 4 декабря 1918 года под давлением представителей Великобритании сразу же после армянской победы под Абдаляром. После отхода отрядов Андраника от Карабаха местным курдско-татарским ополчением были вырезаны три укрепленные армянские деревни на стыке Зангезура и Карабаха, что еще более усложнило последующие попытки армян овладеть Карабахом через Зангезур[6].
♦ В  горных районах Джебраильского, Карягинского, Шушинского, а также Елизаветпольского уездов – своеобразное двоевластие: милиционные отряды Армянского Национального Совета Карабаха, находившегося в Шуше и стремившегося к воссоединению с Арменией, вели борьбу с оставшимися в крае турецкими частями и татарско-курдским ополчением[7]. В Декабре 1918 г. прибывшие из Баку представители Великобритании признали Армянский Национальный Совет (АНСК) в качестве де-факто правительства Нагорного Карабаха. Однако в конце месяца, в соответствии с поступившим распоряжением генерала Томсона, начали настаивать на деполитизации АНСК[8]
♦ Горная часть Казахского уезда оказалась под контролем армянских войск практически сразу же после начала эвакуации турок из Южного Кавказа[9]   

 По окончании Армяно-грузинской войны (к середине января 1919 года) британское командование на Кавказе приняло решение оставить Нагорный Карабах и Зангезур под юрисдикцией Азербайджана, по кайней мере до принятия окончательного решения о размежевании Парижской Мирной Конференцией[10].   

    

Ситуация на Северо-западных, восточных и южных рубежах Грузии   

 В этот же период Грузия могла похвастаться относительной стабильностью только на северных рубежах, где естественной защитой от вовлечения в разгоравшуюся на Северном Кавказе гражданскую войну служил Большой Кавказский хребет.  На всех других участках соприкосновения с соседними государствами и квази-государсствами обстановка была нестабильной и напряженной.   

 В зоне соприкосновения с Азербайджаном сразу после эвакуации турецких войск между двумя республиками возник территориальный спор, не перешедший однако в стадию вооруженного противостояния. Правительство АДР предъявило Грузии претензию на Закатальский округ, а также на частично населенные мусульманами части Сигнахского, Борчалинского и Тифлисского уездов[11]. После того, как официальный Тифлис категорически отверг эти притязания, правительство Азербайджана, не имея сил и средств для вооруженной борьбы с Грузией, решило снять претензии на  все названные территории, кроме Закатальского округа, в котором вскоре сложилось подобие кондоминиума[12].   

 На юге 4-5 декабря 1918 года грузинские войска вернулись в оставленные турками Ахалцыхский и Ахалкалакский уезды[13]. Продвижение дальше – в Батумский и Ардаганский округа, на которые также претендовала Грузия было блокировано британцами, которые несколькими днями позже начали занимать Батумский округ, объявив его особой администативной единицей под британским протекторатом[14]. В населенных мусульманами районах двух вышеназванных уездов сохранялась напряженная обстановка[15].   

 Наиболее чувствительной зоной Грузии перед самым началом декабрьской Армяно-грузинской войны являлась зона соприкосновения Грузии с вооруженными группировками юга России («красными» и «белыми»), враждовавшими как между собой, так и с отколовшимися от Российской империи государствами.   

 Еще в марте 1918 года части большевистской красной армии вторглись в Сухумский округ Кутаисской губернии и заняли г. Сухум (Сухуми). Абхазский Национальный Совет, взявший в условиях анархии власть в округе, обратился за помощью к грузинскому правительству, а 24 июля того же года настоял на заключении договора, подтверждавшего вхождение округа в состав Грузии на условиях местного самоуправления[16]. К этому времени грузинские войска под командованием генерала Г. Мазниева (Мазниашвили) очистили от красных весь округ (теперь уже называемый Абхазией, как собствено и назывался этот край до его включения в состав российской Империи в 1864 г.[17]), отбили в конце июня турецкий десант, высаженный с кораблей в устье реки Кодор около Очамчиры[18], и продвинулись далее не северо-запад вдоль морского побережья, заняв по просьбе местного совета Сочинский округ и часть Туапсинского округа с г. Туапсе[19]. В этот период времени правительство Грузии рассматривало вопрос о компенсации территорий отданных Турции по Батумскому договору путем присоединения территории Черноморской губернии вплоть до Анапы основываясь на том, что эта часть исторической Абхазии в течение несколько столетий входила в состав Грузии[20].  В сентябре 1918 года грузинские войска были выбиты из Туапсе отступавшей под натиском белых Таманской дивизией Кубанской Красной Армии[21] вслед за которой в город вошли белые части Добровольческой Армии Дениккина и Алексеева. К концу ноября деникинско-алексеевские войска разбили красные силы на Кубани и вошли в соприкосновение с грузинскими войсками Мазниашвили в Сочинском округе. Последней разграничительной линией между сторонами до начала декабрьской войны между Грузией и Арменией стала река Лоо возле одноименной деревни[22].   

 Претензии Грузии на Абхазию и Черноморскую губернию оспаривались лидерами Горской республики, желавшими получить выхоод к Черному морю,  а также категорически отвергались командованием белой Добровольческой армии (также известной как ВСЮР). В ходе Армяно-грузинской войны большая часть войск Мазниашвили была переброшена из Абхазии на борчалинское направление, что способствовало дальмейшему продвижению деникинских войск в Абхазии.   

 ———————–

[1] Hovannisian, Vol. I, pр. 199-201
[2] Kazemzadeh, p. 199
[3] И.М.Гаджиев, А.А. Гулиев, Нахчыван в прошлом и сегодня. (Анкара, 1998), с.44
[4] Ахмед Эндер Гойдемир, Юго-Западное Кавказское правительство, (Анкара, 1989), с.63-66
[5] У. Томсон, Обращение командующего британскими войсками в Закавказьи генералаТомсонапредседателю правительства Грузии ипредставителю Армении в Тифлисе (Tифлис, 14.04.1919), ЦИАГ, ф.200, оп.1,  д.191, л.34 и об.
[6] Х. Политидис, И. Зая, И. Артемов, «Рыцарь Византизма», Русский альманах, 3-й выпуск (Москва., 1999), стр.84; Hovannisian, Vol. I, pр. 88-89
[7] Нагорный Карабах в 1918—1923 гг.: сборник документов и материалов (Ереван, 1992)
    Michael P. Croissant, The Armenia-Azerbaijan Conflict: Causes and Implications (London, 1998), p. 15
[8] Hovannisian, Vol. I, pр. 89-90
[9] Там же, стр. 82
[10] Kazemzadeh, p. 215
[11] Kazemzadeh, p. 155
[12] Ibid., p. 226
[13] Кадишев, 463
[14] Там же, стр. 166
[15] Г. Квинитадзе, Мои воспоминания в годы независимости 1917-1921 (Париж, 1985), стр. 88
[16] Kazemzadeh, p. 233
[17] David Marshall Lang, A Modern History of Georgia (New York, 1962), p.97
[18] ЦГАА (02.09.1918), ф. И-39, оп.1, д.6, л.7
[19] Кадишев, стр. 76
[20] П. Ингоркова П.,О границах территории Грузии (Константинополь, 1918) А. Ментешашвили, Исторические предпосылки современного сепаратизма в Грузии (Тбилиси, 1998), стр. 42
[21] Kazemzadeh, p. 234
[22] Иван Воронов, «Кавказская миссия Деникина», Красноярский рабочий, 16 августа 2008

***

     

 Вмешательство и посредничество стран Антанты

 

Еще в средних числах декабря по указанию уже упомянутого выше британского генерала Уильяма Томсона, который в тот момент по существу исполнял функции британского генерал-губернатора на Кавказе, в Тифлис из Баку прибыли предствители Антанты: британский подполковник Ричард Прайс Джордан и французский подполковник Пьер-Огюст Шардиньи[1]. В число задач, поставленных перед этими двумя офицерами, входило, в частности, проведение инспекции железнодорожных веток Тифлис-Баку и Тифлис-Александрополь, а также подготовка прибытия в Тифлис штаб-квартиры британской военной миссии и частей британской оккупационной 27-й дивизии[2]. Руководство британской миссией было возложено на бывшего заместителя квартирмейстера британской Салоникской армии генерала Сэра Уильяма Генри Райкрофта. Представителями союзников было сделано представление правительству Грузии о принятии их посредничества в деле прекращения войны с Арменией. Это представление было сделано в дни, когда грузинская армия отступала, и правительство Грузии с готовностью пошло на переговоры. Изначальное предложение союзников заключалось в создании обширной нейтральной зоны, которая включала бы в себя как Ахалкалакский, так и большую часть Борчалинского уезда и находилась бы под британским протекторатом до окончательного решения Парижской Мирной Конференции о размежевании между Арменией и Грузией. Это предложение было категорически отвергнуто правительством Грузии, которое в свою очередь предложило вернуть войска воюющих сторон на позиции, которые занимались ими перед началом конфликта (т.е. провести прелиминарное разграничение по реке Каменке). Грузия также настаивала на определении «страны агрессора» которой бы вменилось в обязанность компенсировать нанесенный войной материальный ущерб[3].   

 25 декабря 1918 года после нескольких дней дебатов, взаимных уступок и работы над текстом была, наконец,  выработана и отправлена в Эривань телеграмма следующего содержания:   

 «Эривань. Председателю Армянской Республики Качазнуни. Великобританский генерал-майор Райкрофт, находящийся в настоящее время в Тифлисе, и полковник Шардиньи, стоящий во главе французской миссии, на конференции совместно с Председателем Правительства Грузинской Республики, господином Жорданиа, в присутствии господина Джамаляна, постановили, что военные действия должны немедленно прекратиться. Несмотря на протесты господина Джамаляна, генерал Райкрофт, полковник Шардиньи, и председатель Правительства Республики Грузия господин Жорданиа постановики, что:   

 Смешанная комиссия, включающая английских, французских, грузинских и армянских представителей, должна возможно скорее отправиться на фронт, чтобы провести в жизнь следующие условия соглашения:   

 Комиссия определяет численность гарнизонов, которые должны быть оставлены грузинами в северной части и армянами в южной части Борчалинского уезда, а также грузинами в Ахалкалакском уезде. Гарнизоны должны быть малочисленны. Грузинские войска будут стоять на линии, занимаемой ими в настоящее время, армянские войска должны отступить к турецкой линии Дисих – Джелал-Оглы. Британские пикеты будут находиться на железной дороге в пространстве между грузинскими и армянскими войсками, администрация в этой оспариваемой части будет смешанная. За грузинской администрацией в Ахалкалакском уезде имеет наблюдение комиссия союзников, в которую входят представители от местного армянского и мусульманского населения. Представители обоих государств, Грузии и Армении, будут в скором времени отправлены в Европу, где весь вопрос относительно границ будет решен Великими Державами. Генерал Райкрофт, полковник Шардиньи, Н. Жордания»[4].   

 

 

Генерал М. Силиков (Силикян)

 

Глава МИД Армении С.Тигранян

 

 Одновременно с этим в Караклис, в ставку командующего войсками Армении генерала Силикова (Силикяна), выехала комиссия в составе британского капитана Виперса, французского капитана Гасфельда и грузинского полковника Джапаридзе.
     

     На фоне развернувшегося в период переговоров контрнаступления грузинских войск (о котором будет сказано ниже) армянское правительство, первоначально выступавшее против озвученных в предложении условий, на этот раз согласилось их принять, и 30 декабря от капитана Виперса из Караклиса была получена радиотелеграмма:   

 «Тифлис. Британской миссии. Копии Председателю Совета Министров, Министру Иностранных Дел и Военному.   

 Армянское правительство согласно на немедленное прекращение военных действий и на отвод войск, как было решено генералом Райкрофтом. Военные действия должны прекратиться, по согласию представителей воюющих стран, 31-го декабря 1918 года в 24 часа. День отхода армянских войск к новой линии будет решен в Тифлисе. Армянскому правительству не совсем ясны некоторые пункты, предложенные генералом Райкрофтом, но принципиально согласилось и подписало условия. Оно хочет получить более точное разъяснение, а потому уполномочило двух делегатов, одного штатского, другого – военного, которые едут со мною в Тифлис за окончателым разъяснением этих вопросов союзниками. Рассмотрев эти вопросы, я совершенно согласен с армянским правительством, что некоторые детали этих вопросов должны быть более точно разъяснены для удовлетворительной и мирной работы на условиях, предложенных генералом Райкрофтом. Армянское правительство высказало самое широкое великодушие и искреннее желание мира. Комиссия союзных держав. Караклис, Председатель комиссии Дуглас Виперс, капитан. 30 декабря 1918 года»[5].   

 31 декабря 1918 года командирам грузинских войск на армянском фронте был разослан следующий приказ Главнокомандующего всеми войсками Грузинской Демократической Республики генерала Гедеванова (Гедеванишвили) за номером 01384:   

 «Вследствие приказа Правительства предписываю вам приостановить военные действия сегодня, 31 декабря, в 24 часа. Войска должны оставаться на тех местах, на которых застанет их этот час. Начальникам передовых отрядов войти в связь с армянским командованием для уведомления их о решении нашего Правительства, причем поставить армянских начальников в известность, что войсковые армянские части должны отойти за ту линию, за которой они стояли до начала военных действий. К указанному выше времени приказ о прекращении нами военных действий должен быть приведен в исполнение во что бы то ни стало. О получении этого приказа донести немедленно»[6].   

  Помимо ряда военных успехов грузинских войск в Борчалинском уезде существует еще одно объяснение неожиданного изменения отношения руководства Армении к конфликту с Грузией в последних числах Декабря 1918 года и готовность к заключению мира. В своих мемуарах генерал А. Деникин, возглавлявший в то время антибольшевистскую Добровольческую Армию на юге России (ВСЮР), ссылается на открытую угрозу генерала Г.Т.Уокера применить военную силу против Армении. Согласно Деникину, Уокер сообщил ему и министру иностранных дел Армении С.Тиграняну, что ему известно о секретном соглашении между правительством Армении и командованием Добровольческой Армии о нанесении совместного удара по Грузии с целью ее территориального расчленения. Уокер также подчеркнул, что в случае если Грузия будет атакована с двух сторон, Bеликобритания встанет на грузинскую сторону и направит свои войска против Армении[7]. Сам Деникин категорически отрицал факт существования подобного соглашения с армянами, однако вышеописанные военные действия между деникинскими и грузинскими войсками в Сухумско-Туапсинском участке черноморского побережья летом и поздней осенью 1918 г. позволяют предположить существование по крайней мере некоторых общих интересов между ВСЮР и ДРА.   

 Здесь необходимо отметить, что хотя Великобритания и не располагала сколько-нибудь значительными воинскими силами на Кавказе и вокруг него, но возникновение армяно-британского конфликта означало бы прекращение любой поддержки со стороны Антанты в территориальных спорах Армении с Азербайджаном и Турцией, где речь шла о намного больших территориях, чем полтора уезда оспариваемые у Грузии.   

————————-

[1] Подполковника Джордана, бывшего вплоть до начала его миссии в Тифлисе командиром 7-го батальона Глочестерширского полка, впоследствии назначили командиром расквартированной в Баку британской 39-й пехотной бригады, а Шардиньи был начальником французской военной миссии на Южном Кавказе (Авт.).
[2] Hovannisian, Vol. I, р. 114
[3] Там же, р. 115
[4] Из истории армяно-грузинских взаимоотноошений,, стр. 131
[5] Там же, стр. 132
[6] Там же, стр. 132
    F. Kazemzadeh, p. 181
[7] А.И. Деникин, Очерки русской смуты, Т. IV (Берлин, 1924), стр. 154

    

***

 

Сражения за Екатериненфельд и Шулаверы.

Грузинское контрнаступление

    

 Екатериненфельдская операция   

 Во второй половине декабря одновременно с проводимыми в Тифлисе и Караклисе переговорами о мире (см. выше) на участках соприкосновения армянских и грузинских войск продолжались боевые операции. Наиболее ожесточенные бои происходили в районе немецкой колонии Екатериненфельд. В самом Екатериненфельде (нынешний г. Болниси) находилось подразделение грузинской Национальной Гвардии. Южнее – в селе Болнис-Хачен (нынешняя деревня Болниси) – располагались армянские войска, вошедшие туда после взятия Воронцовки, а также ополчение из числа местных армян. В то же время к северу от Екатериненфельда компактно населенные армянами деревни Белый Ключ, Самшвилде и Дагет представляли собой еще один очаг армянского восстания. Находящиеся там вооруженные повстанцы представляли собой наиболее близко стоящие к Тифлису армянские силы. И хотя это направление не было главным, но тем не менее, свободное продвижение армянских частей по линии Екатериненфельд-Дагет представляло бы дополнительную угрозу столице Грузии.   

 Таким образом, находящийся на берегу реки Храми Екатериненфельд становился стратегически важным пунктом на пути армянских частей в сторону Тифлиса с запада.   

 18 декабря – в первый же день объявления Грузией мобилизации – командующим всех отправляемых в Екатериненфельд частей был назначен гвардейский офицер Валико Джугели, а командующим общего войскового соединения – генерал Ахметелашвили. На рассвете 19 декабря указанные части в числе около 600 штыков прибыли в Екатериненфельд[1].   

 Однако сразу по прибытии на место дала о себе знать неорганизованность гвардии[2]: не был разбит лагерь, не была организована караульная служба, а артиллерия была расположена не на соответствующих позициях во втором или третьем эшелоне, а в авангарде, т.е. ближе всего к противнику. Гвардейцы улеглись спать, не выставив караулов и не зная, что еще с вечера поселок окружен армянскими частями, планировавшими на утро его штурм.   

 Ночью армянские части овладели грузинской артиллерией (8 орудий) и, расположив пулеметы в высоких зданиях поселка, на рассвете, открыли огонь по грузинам. Однако, практически одержанная армянская победа была сорвана во многом благодаря нахождению на месте командующего грузинской гвардией Джугели – человека неосторожного, но храброго – начальную неразбериху удалось преодолеть, после чего грузинские гвардейцы и солдаты в рукопашном бою ликвидировали армянские пулеметные точки, а затем вернули контроль над всем поселком и отбили у армян свою артиллерию. Отступающие армянские части были атакованы и рассеяны грузинской кавалерией под командованием полковника Какуцы Чолокашвили.   

 Общие потери грузинских частей в бою составили около 30 человек убитыми и 70 ранеными. Армянские потери – около100 убитыми и столько же пленными.   

 19-20 декабря Екатериненфельдская группировка грузинских войск получила подкрепления и начала готовить атаку в северном направлении – на Дагет и Самшвилде – с целью обеспечения своего тыла. Наступление началось утром 21 декабря и с упорными боями продолжалось до 25 декабря, когда была взята деревня Дагет-Хачин и установлен контроль над всей зоной севернее Екатериненфельда.   

 После взятия Дагет-Хачина грузинские войска начали подготовку к наступлению в южном направлении – на Болнис-Хачин. Для этого было выделено 8 орудий, 33 пулемета и до тысячи штыков. Этих сил оказалось недостаточно, и наступление 30 декабря было отбито армянами. В ночь на 31 декабря грузинские войска получили подкрепление, включавшего помимо прочего конную батарею горной артиллерии, и 31 декабря, после ожесточенного боя Болнис-Хачин был взят грузинскими войсками. Остатки разбитых армянских войск начали отступление на юг через практически незаселенную зону в сторону Воронцовки.   

    

 Шулаверская операция   

 К 22 декабря на основном – Шулаверском – направлении армянские войска максимально продвинулись в сторону Тифлиса, дойдя до реки Храми, а после того как на следующий день (23 декабря) части под командованием генерала Цулукидзе, прорвав окружение, отошли из Садахло,  под армянским контролем фактически оказалась вся спорная территория Борчалинского уезда, исключая колонию Екатериненфельд.   

Генерал Дро (Драстамат Канаян)

24 декабря главнокомандующий всеми армянскими войсками на борчалинском фронте генерал Дро послал грузинскому командованию ультиматум, который содержал требование немедленной передачи Армении Ахалкалакского уезда. В случае отклонения ультиматума Дро угрожал немедленно перенести боевые действия к северу от реки Храми, что было равносильно угрозе захвата грузинской столицы[3].  

 

Генерал Г. Квинитадзе

 

Генерал Г. Мазниев (Мазниашвили)

 Правительство Грузии отвергло ультиматум, одновременно назначив командующим всеми грузинскими войсками на  шулаверском направлении опытного генерала Г. Мазниевa (Мазниашвили), его заместителем – генерала Д. Сумбаташвили, а начальником штаба – генерала Г. Квинитадзе. Этими назначениями грузинское командование создавало предпосылки для перехода от оборонительных операций к наступательным. Кроме того, благодаря объявленной по стране мобилизации начали формироваться новые части армии, гвардии и народного ополчения.   

 

 Так как армянские силы на шулаверском направлении все еще имели значительное численное преимущество и к тому же владели инициативой, перед грузинским командованием встала задача перехватить у армян инициативу путем активных маневров имеющимися малыми силами и, тем самым сковав противника, исключить возможность армянского наступления на Тифлис до подхода основных подкреплений.   

 

     

 24 декабря утром грузинская кавалерия при огневой поддержке с бронепоезда пересекла Храми и внезапным ударом отбила станцию Ашага-Сераль, а спустя несколько часов перешедшие следом через реку части грузинской пехоты заняли село Малые Шулаверы и железнодорожный мост в селе Имир[4].   

 В тот же день один батальон грузинской армии занял высоту, отделающую Ашага-Сараль от Шулавер. Штаб грузинской группировки переехал со станции Сандар на станцию Ашага-Сараль – ближе к месту боевых действий, где и пребывал до самого конца войны[5].   

 Теперь согласно плану Мазниашвили грузинам надо было отвлечь основные силы армян от тифлисского направления, которое в тот момент было наиболее опасным. В случае армянского удара основными силами вдоль железной дороги на Тифлис грузинская сторона не смогла бы выдержать оборону, поскольку до подхода дополнительных подреплений она не имела в своем распоряжении достаточных сил. Поэтому грузинским частям, перешедшим на  правый берег Храми было приказано провести отвлекающий удар на Шулаверы, находящиеся к западу от железной дороги. Если бы армяне, несмотря на этот грузинский маневр, все же продолжили наступление на Тифлис, то вся грузинская армия оказалась бы в крайне тяжелом положении[6].   

 В сложившейся ситуации армянское командование допустило серьезую ошибку и стало действовать именно так, как рассчитывал Мазниашвили: оно начало перебрасывать практиически все имевшиеся в распоряжении силы на оборону Шулавер. Там же, в Шулаверах и вокруг них, полковником армянской армии Корольковым была объявлена мобилизация местного армянского населения[7].   

 Тем временем на станцию Сандари начали подходить эшелоны с подкреплениями для грузинской армии: сперва батальонами из Кахетии, а затем – из Западной Грузии (общей численностью до тысячи штыков)[8]. Непосредственная угроза Тифлису миновала, и грузинское командование приступило к планированию контрнаступления, основным элементом которого должна была стать операция по возвращению Шулавер и уничтожению находящейся там основной группировки армянской армии.   

    

 Для взятия Шулавер грузинские войска осуществили глубокий фланговый обход армянских позиций, и к 25 декабря батальон гвардии и батарея артиллерии были переброшены на запад, к деревне Сарачло, в которой жили мусульмане, враждовавшие с армянами и лояльные к правительству Грузии. Именно около Сарачло расположилась грузинская артиллерия, а гвардейский батальон тем временем с боем взял господствующую высоту к северу от Шулавер. Согласно плану командования вслед за занятием этой высоты, позволявшей контролировать подходы к городу, должен было начаться общий штурм. Тогда же остальная грузинская артиллерия (14 гаубиц) начала массированную артиллерийскую подготовку[9].  В эти дни впервые в истории грузинских вооруженных сил (и вообще национальных вооруженых сил всех кавказских государств)  была использована боевая авиация: два грузинских аэроплана сбросили бомбы на армянские позиции вблизи Шулавер[10].   

 Однако запланированный на 26 декабря штурм не состоялся по причине следующего инцидента: недисциплинированное гвардейское подразделение, днем взявшее вышеуказанную высоту к северу от Шулавер, ночью покинуло свои позиции и, несмотря на все попытки его командира – генерала Чхетиани -остановить это, спустилось в деревню Сарачло «чтобы не мерзнуть в окопах и выпить чаю»[11]. На следующее утро противостоящий гвардейцам армянский отряд, увидев, что на высоте никого нет, снова занял ее. В течения для гвардейцы вновь отбили высоту, но и на следующую ночь грузины вновь не пожелали ночевать в окопах, и армяне в третий раз овладели господствующей позицией. Генерал Чхетиани, вместе с донесением в штаб об этих событиях, просил снять с него командование гвардейской частью, не желая командовать столь недисциплинированным контингентом[12].   

Такой солдат, одетый в слегка модифицированную форму российской императорской армии и вооруженный немецким или русским оружием был типичен как для грузинской, так и для армянской армии периода 1918-1920 гг.

   Таким образом, намеченная на 26 декабря операция была сорвана. На следующий день  27 декабря Мазниашили решил все-таки попытаться взять город лобовым ударом и сам повел войска в атаку, но этот штурм был отбит армянами.   

 Тогда для взятия города был разработана другая схема. При этом действующие на северо-западе гвардейские отряды были заменены частями регулярной армии. Так как из Тифлиса уже прибыло достаточное количество войск, было решено активно действовать одновременно на двух направлениях: во-первых, наконец взять штурмом Шулаверы и во-вторых, –  ударить вдоль железной дороги на Садахло, чтобы отрезать находящиеся в Шулаверах армянские части от подхода подкреплений и лишить их возможности организованного отступления. Армянское командование также поняло важность Садахлинского направления, и 28 декабря к югу от Ашаги Сераля была выставлена армянская артиллерия, однако ее огонь по станции Ашаги-Сераль не принес ощутимого результата. В это же время армянские войска на Шулаверском направлении были усилены стрелковым полком, переброшенным  в зону боевых действий из Баку[13] .   

 28 декабря в 12 часов дня началось решающее сражение за Шулаверы. После двухчасовой артиллерийской подготовки грузинские войска численностью около 3.500 человек[14], развернутые по фронту длиной в 10 километров, пошли в общее наступление. В ходе ожесточенного сражения армянские части несколько раз предпринимали безуспешные контратаки, но к вечеру того же дня грузинам удалось захватить высоты к востоку от Шулавер и «нависнуть» над городом.   

 Утром 29 декабря грузинская офицерская часть, вошла в Шулаверы. Армяне отступили на юг – частично через деревню Сиони, частично – выходя из ущелья к линии железной дороги, где однако были атакованы грузинской кавалерией и рассеяны.   

 Грузинское наступление на юг вдоль железнодорожного перегона Ашага Сераль – Садахло продолжалось в течение суток, пока, наконец Станция Садахло не была взята  утром 30 декабря  одновременно с деревней Ламбало двумя колоннами, наступавшими по обоим берегам реки Дебед.   

 Одновременно и грузинское, и армянское командования разрабатывали планы глубокого флангового обхода противника. Армянский план заключался в том, чтобы захватить высоты к востоку от Ламбало и таким образом нанести удары  с фланга и с тыла по находящимся в Садахло грузинским частям, а по грузинскому плану войска Грузии должны были двинуться на запад, перейти через Локский хребет, и спуститься к станции Санаин, т.о. также отрезав противника от тыла.   

 Грузинское командование не было вовремя проинформировано своим правительством о предстоящем прекращении огня в 24 часа 31 декабря и планировало нанести удар первого января. Армянское командование владело в этом плане преимуществом, точно зная временные рамки ведения боевых действий и воспользовалось этим, начав 30 декабря концентрировать отступающие из Садахло части и прибывающие из тыла резервы в районе станции Айрум, для удара в сторону хребта Ламбало.   

 Тем временем грузины начали отводить основые силы от Садахло на запад, концентрируя свои части в районе Сиони-Опрети, с тем чтобы впоследствии перейти Локский хребет, а армянское командование, зная, что 31 декабря – последний день возможных боевых операций, готовилось к взятию Садахло. Атака началась 31 декабря утром. Армянские части наступали из Айрума двумя колоннами – по обоим берегам Дебеда. Левая колонна штурмовала село и станцию Садахло, а правая – деревню Ламбало и гору Тана-Даг. Левой колонне не удалось добиться успеха: после многочасового, ожесточенного боя грузинам удалось выбить армянские части из Садахло. Правая колонна армян действовала успешнее и заняла село Ламбало, несмотря на попытки грузин его отбить с помощью резервов из села Мамай.   

 К концу дня диспозиция противостоящих частей может быть определена достаточно точно, по имеющемуся документу, подписанному командующими войсками обеих сторон:   

 «31 декабря к 24 часам грузинскими частями заняты: дер. Опрети, дер. Ходжорни, дер. Гулли-Баг, дер.Садахло, ст. Садахло, дер. Ламбало, хребет к северу от ст. Садахло от вершины 1554 на северо-восток к вершине 2660, и затем до надписи «источник», которая надпись находится к северу от Качи-Кала[15].   

Оригинальная подпись: Генерал Мазниев.   

Замечание: деревня Ламбало и высота 2660, к 24 часам 31 декабря заняты мною и лишь на основании письма номер 139  генерала Мазниева от 1. января 1919 года были оставлены к 8 часам 1 января чтобы не произошло непосредственного соприкосновения наших частей с грузинскими подразделениями и этим избежать непредвиденных последствий. С остальными пунктами согласен.   

Дро.   

Правильно: полковник Нацвалов»[16]   

 Добавим, что указанная в документе линия противостояния практически совпадает с сегодняшней государственной границей между Грузией и Арменией на данном  участке.   

 

————————– 

[1] Чачхиани, стр.245
[2] Грузинская Гвардия (также известна как Народная Гвардия) представляла собой военизированные формирования , строившиеся по территориальному принципу и задуманные правительством Грузии как прообраз новых демократических вооруженных сил, в которых дисциплина и субординация уступили бы место сознательной самодисциплине «граждан-воинов». Согласно отзывам грузинских военачальников периода независимости (Квинитадзе, Мазниашвили и пр.), гвардейские части получали намного лучшее снабжение, чем единицы регулярной армии, но при этом отличались низкой дисциплиной и непрофессионализмом командного состава. (Авт.)
 
[3] Чачхиани, стр. 153,
    ЦИАГ, ф.1864, оп.1,  д.32, л.1
[4] Giorgi Mazniashvili, Mogonebani  1917-1925  (Batumi 1990), pp. 125-126
[5] Ibid., p.126
[6] Mazniashvili, p. 125
    Квинитадзе, стр. 61
[7] Чачхиани, стр. 156
[8] Hovannisian, Vol. I, р. 114
[9] Чачхиани,, стр. 157
[10] Там же, стр. 159
[11] Квинитадзе, стр. 98
[12] Там же, стр. 98
[13] Еще в мае-сентябре армянские части, отступившие с турецкого фронта вели бои с турками и азербайджанцами на подступах к Баку. После падения города они отошли в сторону Дагестана с тем, чтобы вернуться к моменту капитуляции Оттоманской Империи. Британские оккупационные власти, занявшие Баку 17 ноября того же года не допустили вооруженные армянские формирования в город, но предписали им эвакуироваться в Армению (Авт.)
[14] Чачхиани – стр. 160
[15] Описание дается по двухверстовой карте (Авт.)
[16] ЦГИА 1864-1-39-21
 
 

   Назад      Продолжение

 

 

 

 

 

 

Advertisements

One Response to “• Армяно-Грузинская война 1918 г.-III”

  1. интересно было бы с вами лично пообщаться )) вы в аське бываете? или в скайпе?…

    Like

კომენტარის დატოვება

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / შეცვლა )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / შეცვლა )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / შეცვლა )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / შეცვლა )

Connecting to %s