Iberiana – იბერია გუშინ, დღეს, ხვალ

სოჭი, აფხაზეთი, სამაჩაბლო, დვალეთი, ჰერეთი, მესხეთი, ჯავახეთი, ტაო-კლარჯეთი იყო და მუდამ იქნება საქართველო!!!

•Хронология кавказских войн I

♥ კავკასია – Caucasus

Хронология кавказских войн

 

Часть I, Часть II, Часть III

1560 – Поход воеводы Черемисина на г.Тарки.

1590 – «Царь Федор Иоаннович по просьбе кахетинского царя Александра послал войско с воеводой князем Григорием Заскиным против «государя шевкалов» (шамхала тарковского)».

1594 – Поход воеводы Хворостина, в отряд, которого входили регулярные войска, более тысячи конных терских и гребенских казаков и дружины кабардинских князей, на Тарковское шамхальство. Поход окончился «полной неудачей».

1604 – Поход воевод Бутурлина и Плещеева на г.Тарки. «Отряд насчитывает более десяти тысяч ратников, среди которых были терские и гребенские казаки, а также, кабардинская конница во главе с кабардинским князем Сунчалеем Канклычевичем. Войска двинулись на кумыкские земли, штурмом овладели столицей шамхальства – Тарками. Захватили район озера Тузлук, здесь был поставлен острог. Часть войска из-за нехватки продовольствия к зиме была отправлена в Астрахань. На помощь шамхалу пришли из Шемахи «паша и с ним турецкие люди и еныченя», воевода Бутурлин был вынужден пойти на переговоры с шамхалом и пашой, «чтоб его выпустить на Терек здорово». Заключив соглашение, русский отряд в тот же день покинул город Тарки. За рекой Озень шамхал и его союзники напали на русское войско. Почти все русские ратники были перебиты. По сообщению Н.Карамзина «россияне единодушно обрекли себя на славную гибель, бились с неприятелем злым и многочисленным в рукопашь, боясь не смерти, а плена. Из первых на глазах отца пал сын главного начальника Бутурлина; за ним его отец-родитель; а также и воевода Плещеев с двумя сыновьями, воевода Полев и все кроме тяжело уязвлённого князя Владимира Бахтиярова и других немногих взятых неприятелем, но после освобождённых султаном». Из этой битвы спаслись лишь часть конных терских и гребенских казаков, да кабардинцев, сумевших вырваться из окружения».

1651 – Строительство Сунженского острога. «В его гарнизон помимо стрельцов входили: кабардинцы, окоченцы и гребенские казаки. Сунженский острог имел важное стратегическое значение. Закладка Сунженского острога вызвала тревогу у шамхала Тарковского и в Персии. Шамхал собрал войско и осадил острог. Гарнизон острога был усилен кабардинскими ополченцами, прибывшими вместе с князем Муцалом Черкасским. Через несколько недель осады шамхал снял осаду и напал на незащищённые гребенские станицы, где произвёл полнейший разгром: многих перебив людей и захватив огромную добычу».

23.02.1708 – Чеченцы, во главе с Муратом, с примкнувшими ногайцами, кумыками, казаками с Кубани, штурмом взяли г.Терки и захватили 10 пушек.

09.03.1708 – 5-тысячный отряд графа Апраксина освободил г.Терки, раненый Мурат попал в плен.

07.08.1721 – Отряды Дауд-бека Дербентского и Сурхай-хана Казикумухского взяли г.Шемаха «и стали жечь и грабить знатные домы». В ходе этого нападения были убиты беглербег Кей Хосров-хан и 800 членов иранской администрации. Пострадали и многие русские купцы, у которых были изъяты товары стоимостью, по данным различных источников, от 500 тыс. до 2 млн. руб.

18.07.1722 – Петр I с пехотой на кораблях отплыл из Астрахани. Начало “Персидского похода”.

07.08.1722 – Петр I направил 6000 солдат и 400 казаков под командованием бригадира Ветерани на аул Эндери. На подходе к аулу отряд был атакован чеченцами и кумыками, но полковник Наумов с частью отряда сумел, несмотря на большие потери, прорваться к Эндери и сжег аул. Русский историк Потто об этом бое: «…часть нашей кавалерии, посланная для занятия Андреевской деревни, иначе — Эндери, встречена была неприятелем, засевшим по сторонам пути в густом лесу, и по оплошности командовавшего ею бригадира Ветерани понесла чувствительную потерю в людях. Вместо того, чтобы как можно скорее миновать лесное ущелье, Ветерани спешил драгун и стал обороняться в теснине. По счастью, его ошибка была исправлена храбрым полковником Наумовым, который, видя критическое положение отряда, кинулся со своим батальоном вперед, взял Андреевскую деревню приступом и таким образом открыл для Ветерани дорогу. Поражение Ветерани живет поныне в преданиях кумыкского народа, которые говорят, что рейтеры Петра Великого были сброшены с кручи сильным натиском чеченцев. Кумыки и теперь показывают это место на обрывистых берегах Акташа».

27.08.1722 – В ходе Персидского похода Петра I, под Утемишем произошел ожесточенный бой между русскими войсками и дагестанцами, под руководством каракайтагского уцмия Ахмет-хана. Горцы, по выражению Петра, «бились зело удивительно: в обществе они не держались, но персонально бились десперантно, так что, покинув ружья, резались кинжалами и саблями». «Тем не менее они были разбиты, Утемиш сожжен, а пленные повешены в отмщение за смерть есаула и трех казаков, которые были зарезаны по приказанию уцмия, когда они доставили ему от государя письмо самого миролюбивого содержания».

01.08.1723 – Высадка десантного отряда генерала Матюшкина под Баку. «Вылазка из крепости была отбита, а огонь с флотилии заставил замолчать бакинские пушки. Четыре дня длилась блокада, а на пятый осажденные вывесили белое знамя и сдали город вместе с восьмьюдесятью находившимися в нем орудиями».

май 1728 – Отряд в 600 донских казаков и адыгов, возглавляемый Михаилом Некрасовым (сыном сподвижника К. Булавина – Игната Некрасова) выступает против царских войск.

15.07.1732 – Начало экспедиции генерала графа Дугласа в Чечню.

18.07.1732 – Генерал Дуглас «выслал отряд в пятьсот человек пехоты и конницы, под начальством полковника Коха» к Чечен-аулу. «Кох встретил неприятеля в дремучих лесах, сражался с ним целый день и должен был отступить, потеряв двести человек только одними убитыми».

01.11.1733 – Генерал Еропкин взял штурмом и разрушил Башлы. «Потеря» русских «при этом была громадна — в четыреста человек».

17.09.1735 – Сражение между чеченцами и крымскими татарами в Ханкальском ущелье. «Пять тысяч воинов двинулись в ущелье. Каплан-Гирей лишь ждал сигнала, что проход открыт, чтобы войско крымчаков хлынуло на Чеченскую равнину, все сметая на своем пути. Как только крымчаки въехали в ущелье, ополченцы, обнажив шашки, кинулись в бой. Началась страшная резня. Бились копьями и шашками, конными и пешими, рубились огромными кинжалами, от стрел, тучами летевших в противников, становилось темно, врагов сражали залпами из ружей и пистолетов. Натиск защитников ущелья был настолько яростным, что крымчаки не выдержали и побежали в панике, преследуемые чеченской конницей. Большинство врагов навсегда осталось лежать в ущелье. Каплан-Гирей вновь послал отборный пятитысячный отряд под командой своих лучших мурз и двух царевичей. Ханский отряд без боя пропустили в глубь ущелья и там, окружив его со всех сторон, используя то, что конное войско крымчаков не могло использовать свое численное превосходство в условиях пересеченной местности, покрытой лесом, атаковали его. Отряд был полностью уничтожен.
Так и не дождавшись отряда, на военном совете хан с мурзами и вассальными черкесскими князьями решал, как ему быть дальше. Гибель части войска поколебала его уверенность. Обескровленное ополчение чеченцев вряд ли смогло бы выдержать еще один решительный натиск превосходящих сил, но и гарантию победы Каплан-Гирею дать уже никто дать не мог». Это сражение в своей книге упоминает и русский историк Потто: «Но так как ворота в Дагестан по-прежнему были открыты, то по следам пробившихся татар продолжали двигаться все новые и новые толпы, под личным предводительством крымского хана. Со стороны принца (командующий русскими войсками, принц Гессен-Гамбургский – В.) не было даже попытки остановить эти вторжения. Зато чеченцы встретили хана в лесистом ущелье за Сунжой и нанесли ему такое поражение, что целый отряд крымских татар буквально был истреблен озлобленными горцами. В память этой победы чеченцы поставили в ущелье каменную башню, назвав ее Хан-Кале, то есть “Ханская крепость”, отчего и самое ущелье получило впоследствии свое известное всем название Ханкальское».

12.08.1741– Персидский правитель Надир-шах разбил отряды казикумухского хана Сурхая и с 50-тысячной армией вступил в столицу ханства. Сурхай с покорностью явился в стан врага и сдался Надир-шаху. Также изъявили покорность и сдались, подавшись уговорам Сурхая, тарковский шамхал Хаспулат, акушинский кади, уцмий Ахмад-хан и почти все амиры и старейшины Дагестана. Впереди была Авария: Андалал, другие аварские вольные общества, Хунзахское нуцальство. Муртазаали, сын Сурхая, смог убежать и скрылся в Андалале.

12.09.1741 – Персидский правитель Надир-шах поднялся на Турчидагское плато, откуда, как на ладони, был виден весь Андалал. В этот же день отборные части каджар, почти месяц отдыхавшие на довольствии покоренных народов Дагестана и уверенные в своей победе, ринулись в атаку на близлежащие села, преодолевая ожесточенное сопротивление андалалцев и ополченцев близлежащих вольных обществ. Были сожжены дотла аулы Обох, Мегеб, Шитлиб, Шангода и Бухтиб.

17.09.1741 – Персидские войска Надир-шаха перешли реку Цамтиор в местностях Хициб, Цоноб и Безела (Дагестан). Оставался один бросок до центра Андалала — Согратля. Однако, на помощь дагестанским ополченцам подошли свежие силы под руководством хунзахского хана и Муртазаали, которые внесли перелом в сражение. Каджары обратились в бегство. Бежал и сам Надир-шах, бросив в Чохе шахскую корону, саблю, кольчугу, конское седло и другое имущество, доставшееся чохцам.

18.04.1758 – Карательная экспедиция в Чечню генерал-майора Фрауендорфа во главе отряда в 2196 солдат и казаков с участием 3203 калмыков, 360 кумыкских, кабардинских, ингушских и карабулакских старшин и узденей. По призыву восставших чеченцев на помощь им пришли добровольческие отряды андийцев, аварцев, эндерийских и аксайских кумыков. Восстание было подавлено в ноябре 1758г.

05.06.1758 – Набег калмыков под начальством Яндыкова и Ерентиева против восставших чеченцев.

05.11.1758 – Сражение у селения Новый Чечен между русскими войсками и чеченцами.

17.06.1769 – Генерал Медем «послал против кабардинцев конный отряд под начальством гусарского майора князя Ратиева, который имел с ними жаркое дело в ущельях Лодкумка. Кабардинцы дрались отважно, но с такой же отвагою нападали на них моздокские казаки во главе с атаманом Савельевым, который сам водил их на завалы. Жестокий бой продолжался до ночи, а к утру неприятель поднял белое знамя и выдал аманатов. Кабардинцы сдались безусловно. Медем назначил к ним русского пристава и разъяснив им значение и святость присяги, двинулся к Кубани».

22.06.1774 – Неудачное нападение крымского хана Шабах-Гирея на станицу Наурскую

18.06.1777 – Нападение горцев на казачий пост недалеко от Темрюка. «Ночью бушевала буря, а перед самой зарей окрестности Кубани покрылись густым туманом, за которым в нескольких шагах уже ничего не было видно. В эту ненастную пору пятьсот черкесов, скрытно переплыв Кубань, зашли в тыл донцам и вдруг без выстрела и крика бросились в кинжалы. Кровь полилась мгновенно по всему бивуаку. Напрасно раненые и часовые кричали своим товарищам об опасности — их голоса заглушала буря, и прежде чем казаки очнулись, многие из них уже перешли от временного покоя к вечному. При первых выстрелах Кульбаков явился посреди бивуака. Три-четыре десятка донцов, успевших вскочить на коней, примкнули к своему командиру и вместе с ним бросились в пики. Между тем, тревога распространилась по окрестным постам, и горцы, опасаясь быть окруженными, ушли за Кубань».

08.10.1779 – Получив отказ на свое требование к русским властям о сносе Павловской, Марьевской и Георгиевской крепостей «кабардинцы нахлынули на линию и на этот раз ареной своих действий сделали окрестности Георгиевска. Здесь они выжгли на корню весь хлеб, истребили сенокосы, угнали много скота, пробовали даже штурмовать самый Георгиевск; им удалось даже разбить небольшой русский отряд, высланный из крепости, в числе восьмидесяти человек при одном орудии». В ходе боя «офицер и сорок нижних чинов были изрублены, остальные бежали, оставив пушку в руках у кабардинцев».

10.10.1779 – Русский отряд, под командованием генералов Якоби и Фабрициана, окружил лагерь кабардинцев, находившийся на одном из островов на р.Малка. В состав отряда входили Томский пехотный полк, батальон Кабардинского полка, два батальона егерей, две роты Моздокского полевого батальона, Моздокский казачий полк, тысячи донских казаков и калмыков и десять эскадронов Владимирского драгунского полка. «Отступить кабардинцам было некуда, тем не менее на предложение сдаться они отвечали ружейным огнем, и Фабрициан начал атаку. Пять часов длилась упорная битва. Пушка, захваченная кабардинцами, была отбита обратно, лагерь взят приступом, и все, что было на острове, легло под штыками русских солдат».

14.03.-15.03.1783 – Карательные экспедиции русских войск в чеченские селения Атаги, Алды и в Ингушетию. Сражение у Ханкальского ущелья.

05.08.1783 – Подписание договора, по которому в Картли и Кахетии устанавливался российский протекторат (Гергиевский трактат).

13.10.-14.10.1783 – Генерал Суворов на р.Лабе, близ урочища Кременчук, нанёс жестокий удар ногайским кочевникам. «Ногайцы узнали, что русские намереваются переселить их на земли между Волгой и рекой Урал и попытались сопротивляться этому переселению, но выяснилось, что русские ожидали такой реакции и готовы к этому. Кочевники, которых загнали в болото, не имея возможности спастись, убивали своих жен и детей и сами шли на смерть. Выживших было немного, их ничтожная часть рассеялась среди черкесов; остальных, кто смирился, переселили в Крым». «Хуже вооруженные, хуже предводимые, не дисциплинированные, не имевшие понятия о строе, ногайцы резались со злобой и гибли массами. В бессильной ярости они сами истребляли свои драгоценности, убивали своих детей, резали женщин. Больше десяти тысяч ногайских тел лежало на десятиверстном пространстве». За эту экспедицию Суворов был награжден орденом св. Владимира 1-й степени.

17.10.1783 – Сражение между чеченцами и отрядом генерала Потёмкина в ущелье Ханкала.

08.06.1785– Бой между лезгинской «партией», вторгшейся в Картли и объединенным русско-грузинским отрядом. «Грузинская конница, первой начавшая бой, была моментально сбита с поля сражения, и лезгины, одушевленные успехом, стремительно ударили по русской пехоте. Безумная отвага их превосходила все, что можно себе представить, но это были уже последние вспышки дикой энергии, последние отблески грозной и кровавой славы, некогда озарявшей лезгинские знамена. Встречая везде несокрушимую стену русских штыков, неприятель дрогнул; смешался и обратился в бегство, оставив триста тел на поле сражения».

 17.07.1785 – Отряд полковника Де Пиери в составе Астраханского пехотного полка, батальона Кабардинского егерского полка, двух гренадерских рот Томского пехотного полка и сотни казаков Терского войска, с двумя пушками, двинулся в стан шейха Мансура – равнинный аул Алды. Исследователь М.Я. Корольков писал, что родной аул Мансура, подожженный с четырех сторон, был взят и разграблен царскими войсками. Не ожидавшие нападения жители аула бежали в лес. Уничтожив аул, русские стали отходить к переправе. Как только отряд Пиери дошел до леса и углубился в него, началось сражение между алдынцами, жителями близлежащих сел и войсками Пиери. Горцев было много. Отряд Пиери попал в окружение и под перекрестным огнем, ценою больших потерь продолжал пробиваться к переправе через р.Сунжу. Не успели русские пройти через лес и полверсты, как пришло сообщение, что большая часть арьергарда перебита. После безуспешной попытки отбить у горцев захваченную ими пушку капитан Казин вышел вперед колонны и стал защищать переднюю пушку. Однако лошади, которые везли ящики со снарядами и тащили вторую пушку, были перебиты. Солдатам приходилось одновременно и защищаться от восставших, и нести на себе ящики со снарядами, и тянуть пушку. В это время полковник Пиери получил смертельное ранение. Среди отступавших началась паника.
Теперь алдынцы уже не чувствовали серьезного сопротивления со стороны царских войск. «Тут видно, – доносил в своем рапорте на имя князя Г.А.Потемкина генерал-поручик П.С.Потемкин, – что наши егеря совершенно побежали». Оставшаяся небольшая часть отряда, потеряв при отходе от с.Алды своего командира и многих офицеров, оставив на пути огромное число убитых и раненых, с большим трудом и огромными потерями пришла к переправе. Достигнув р.Сунжи, солдаты в панике бросились в ее воды и спешно стали переправляться на другой берег. Преследовавшие их горцы стреляли уже по переходящим реку вброд солдатам.
Отряд Пиери, насчитывавший более трех тысяч солдат и офицеров, потерял убитыми тринадцать офицеров, в том числе руководителя экспедиции полковника Де Пиери и командира кабардинского батальона майора Комарского, и семьсот сорок человек нижних чинов. 162 человека были взяты восставшими в плен. Среди них был и двадцатилетний князь Петр Иванович Багратион – будущий герой Отечественной войны 1812 года. Так же были потеряны оба орудия. «Это тяжкое поражение русских сильно повысило авторитет Мансура в глазах горцев. Священный клич газавата распространился на Кубань и Кабарду, и восстание охватило значительное пространство. Опьяненные победой, чеченцы потребовали от него продолжения военных действий, но осторожный шейх, зная превосходство русских, противился этому требованию и медлил»

Шейх Мансур

27.07.1785 – Шейх Мансур, с 5-тысячным отрядом, попытался штурмом овладеть стратегически важной крепостью – оплотом царской администрации на Тереке Кизляром. Горцы захватили находящийся в 5 верстах от крепости Каргинский редут, но овладеть Кизляром не удалось. В этом сражении в отряде имама были не только чеченцы, кумыки, дагестанцы, беглые казаки и русские солдаты, но также отряды из южнодагестанских ханств.

09.08.1785 – Шейх Мансур с отрядом чеченцев, кумыков и присоединившимися отрядами князя Малой Кабарды Дола и узденя Берда Хапцуга двинулся на Григориополис. Два дня горцы осаждали крепость, но взять не смогли.

31.08.-01.09.1785 – Шейх Мансур вторично напал на крепость Кизляр, но узнав об идущем на помощь большом военном отряде, горцы, не вступая с ним в бой, развернулись и ушли в Чечню.

03.11.1785 – Шейх Мансур с отрядом горских бойцов двинулся вверх по Тереку, чтобы соединиться с кабардинцами и действовать совместно.

10.11.1785 – Сражение шейха Мансура с отрядом полковника Нагеля, в составе четырех батальонов пехоты, двух эскадронов астраханских драгун, моздокского казачьего полка и трех сотен донских, терских и гребенских казаков. «Противники встретились невдалеке от Моздока. Обе стороны сражались с одинаковой храбростью и после пятичасового отчаянного рукопашного боя удержали каждый свои позиции».

13.11.1785 – Повторное сражение между шейхом Мансуром и полковником Нагелем у кабардинского аула Татартуба. Воины Мансура применили передвижные щиты на колесах, с землей между деревянными перегородками – для защиты пехоты от вражеской артиллерии, но в ходе боя были разбиты.

10.12.1785 – В турецкой крепости Согуджак вспыхнуло восстание гарнизона и примкнувших к ним ногайцев и адыгейцев под руководством интенданта Хасан-Али. Султанские власти были настолько напуганы восстанием, что для его усмирения попросили помощи российского командования. Совместно с царскими войсками турки сумели подавить это восстание.

13.11.1786 – Закубанские черкесы (2000 всадников, в основном шапсуги и натухайцы) атаковали Болдыревский редут на реке Ее, «где стояли три донские казачьи полка под командой полковников Бузина, Денисова и Грекова. Казаки были разбиты наголову, полковник Греков и с ним сто пятьдесят донцов взяты в плен и впоследствии перерезаны», и даже появились в районе города Черкасска, столицы Донского края. В то же самое время другой отряд, костяк которого образовали темиргоевцы и абадзехи, перешел Кубань и совершил долгий переход по занятой русскими войсками территории и атаковал Моздокскую линию, где разорил несколько поселений.

28.01.1787 – Набег русских войск под начальством полковника Савельева в Чечню. Сражение на Качкалыкском хребте.

02.10.1787 – Генерал-поручик Потемкин с отрядом из 8 тысяч человек, при 35 орудиях, переправился через реку Кубань у Прочного Окопа. Цель его состояла в уничтожении отрядов шейха Мансура, расположившегося между реками Уруп и Лаба. Однако так ничего и не добившись в тяжелых боях с горцами и понеся большие потери, Потемкин, преследуемый отрядами Мансура, начал отступать за Кубань.

24.10.1787 – Новый командующим кавказской армией генерал-аншеф Текелли, начал крупную операцию за Кубанью с целью окончательного разгрома “…мансуровцев и смежных им народов, где и ших Мансур имел свое пребывание”. Сформированный для этого отряд под командованием войскового атамана Иловайского насчитывал около 13 тысяч человек. В ходе этой экспедиции русское войско «в несколько дней истребило все неприязненное население, гнездившееся между рекой Лабой и Снеговыми горами» и «опустошило пространство между Лабой и Кубанью». Было сожжено более трехсот селений, истреблены запасы хлеба и фуража, более тысячи ногайских семей выселены за Кубань.

30.10.1787 – Войсковой атаман Иловайский нанес поражение отрядам абазинцев, которые прислали вскоре депутатов « …с просьбой о помиловании и принятии их в подданство».

31.10.1787 – Русские войска под командованием войскового атамана Иловайского атаковали отряды Мансура, который был вынужден отступить в верховья реки Уруп. Российские войска продолжали преследование буквально до снеговых вершин, где большая часть горцев сдалась в плен, а сам Мансур с небольшим количеством людей, оставляя по пути умерших от стужи и изнеможения, ушел от преследования, через вершины Снежных гор, в турецкую крепость Суджук-кале.

20.04.1788 – Бой в верховьях р.Еи, между «400 кубанских татар и черкесов» с «двумя донскими казачьими полками Грекова и Голова совместно с явившимся к ним на подкрепление гарнизоном Ейского укрепления, под командою полковника Лешкевича. В этом деле ранен главный предводитель татарского скопища Шахин-Гирей-Султан и неприятель понес большие потери убитыми и ранеными. Особенно пострадали черкесы, которые забрались в камыши и, как не пожелавшие сдаться, были беспощадно расстреливаемы пушками». С русской стороны «урон выразился 2-мя убитыми обер-офицерами, 27-ю казаками и 40 лошадьми; раненых оказалось 3 обер-офицера, 8 казаков и 14 лошадей; без вести пропало 45 казаков и взято в плен 1 офицер и 14 казаков. Кроме того, в руки неприятеля достались знамя и бунчук, взятые ими от двух убитых хорунжих».

30.09.1788 – Начало экспедиции генерала Текелли за Кубань.

01.10.1788 – В ходе экспедиции генерала Текелли против закубанских горцев «произошло довольно серьезное столкновение, в котором был убит казачий полковник Барабанщиков».

05.10.1788 – Генерал Текелли, проводящий экспедицию против закубанских горцев, «отправил отряд под командой подполковника Мансурова для рекогносцировки верховий реки Убына». На следующий день отряд Мансурова был атакован горцами. «Бешеная атака их заставила отряд остановиться; к горцам между тем подошли турецкие войска с восьмью орудиями, и отряд очутился между двух огней. Мансуров, построив пехоту в каре, пять часов отбивался от неприятеля, в то время как на флангах у него кипели горячие кавалерийские схватки. Замечательно, между прочим, то обстоятельство, что терскими и гребенскими казаками в этом бою предводительствовал отважный подполковник Селим-Гирей, родной племянник последнего крымского хана, а турецкой конницей командовал отец Селима, Батый-Гирей, некогда мечтавший овладеть крымским престолом, и им не раз приходилось сходиться в рукопашных схватках. Сын остался победителем и вынудил своего отца покинуть поле сражения; черкесы были разбиты. Вечером на помощь к Мансурову подошел князь Ратиев, а вслед за ним стали показываться и главные русские силы. Появление их окончательно решило участь боя: неприятель отступил, потеряв, как говорят, более тысячи человек. Потери русского отряда были также значительны: из строя выбыло до двухсот пятидесяти нижних чинов».

25.10.1788 – «Два батальона егерей, поддерживаемые драгунской бригадой и Волжским казачьим полком под командой полковника Германа», из состава русского отряда под командованием генерала Текелли, «произвели усиленную рекогносцировку» у стен Анапы. «Турки притаились за крепостными стенами, но лишь только драгунские эскадроны, далеко опередившие пехоту, подошли на пушечный выстрел, они открыли огонь изо всех орудий. В ту же минуту турецкая пехота, высыпавшая на вал, выставила множество знамен и бунчуков. То был условный сигнал, по которому горцы, скрывавшиеся в лесистых ущельях, вдруг выдвинули против русских одиннадцать орудий и под прикрытием жестокого артиллерийского огня бросились в атаку. Янычары, в свою очередь, вышли из крепостных ворот, чтобы отрезать драгунам отступление. Положение русской конницы было отчаянное. К счастью, в эту минуту подоспели два батальона пехоты, которые приняли драгун на себя и дали им возможность отступить в порядке. Сражение завязалось упорное, особенно в деревне Кучугуры, откуда силы янычар и горцев не могли выбить русских егерей, засевших между кустами и каменьями. Им приходилось умирать на месте, не помышляя об отступлении, и они, конечно, были бы подавлены сильнейшим врагом, если бы не подоспел на выручку отряд под предводительством генерал-майора Ратиева. Неожиданное появление свежей русской колонны заставило неприятеля очистить дорогу егерям, которые, отстреливаясь, отошли на гору, под прикрытие артиллерийского огня авангарда. Между тем, наступившая ночь прекратила сражение, продолжавшееся более семи часов. Число турок и горцев, защищавших Анапу, оказалось значительным, и Текелли, понимавший трудность овладения Анапой при господстве турецкого флота на Черном море, отошел за Кубань».

18.02.1789 – Начало экспедиции генерала Бибикова на Анапу. «Первые дни похода прошли довольно спокойно. Встречались только слабые аулы кабардинцев, которые не могли оказать сопротивления. Но чем дальше продвигался отряд, тем сопротивление неприятеля становилось упорнее. На зов известного Шейх-Мансура, скрывавшегося за Кубанью, стали стекаться большие партии горцев, вскоре явилась поддержка от турок».

01.04.1789 – Генерал Бибиков «после сорокадвухдневного марша, проведенного среди борьбы и лишений» подошел к турецкой крепости Анапа.

03.04.1789 – До полутора тысяч турок, сделали вылазку из Анапы и атаковали русский лагерь. Одновременно, горцы кинулись с тыла. «Поставленные между двумя противниками, русские бились лицом на две стороны. «И, надо сказать правду, — говорит участник этого боя, — непостижимо, как они уцелели, и не только уцелели, а еще остались победителями!». И турки и черкесы вынуждены были наконец отступить. Ослепленный блеском удачи, Бибиков не хотел довольствоваться уже пожатыми лаврами и отдал приказание идти немедленно на приступ Анапы». Преследуя отступающих турок, русские попытались ворваться в крепость. Но были встречены «убийственным ружейным огнем. Ночь, между тем, опускалась на землю, и русские, жестоко пораженные картечью, стали отступать, оставя на поле до шестисот человек убитыми. Но этим бедствие еще не кончилось. Черкесы, наблюдавшие издали, что произойдет под Анапой, как только увидели, что русские отступают, вихрем понеслись на отряд и ударили в шашки. Мрак ночи увеличивал общее смятение, и трудно сказать, что сталось бы с расстроенным русским войском, если бы спасение его не приняли на себя два храбрых майора, Веревкин и Офросимов. Жертвуя собой, первый из них с двумя батальонами пехоты, а второй с батареей, бросились навстречу черкесам и, заслонив отряд, дали ему время кое-как дотянуться до лагеря».

06.04.1789 – После трехдневной осады Анапы, генерал Бибиков собрал военный совет, на котором было принято решение об отступлении «так как голод и недостаток в боевых припасах не позволяли думать о новом приступе». «Отступление сопровождалось большими бедствиями». Преодолевая сопротивление черкесов войска подошли к Кубани. «Но отряду пришлось и тут испытать горькое разочарование: глубокая и быстрая река, разлившись на необозримое пространство, бешено катила пенящиеся волны и переправы не было. Между тем горцы опять настигли отряд, и опять начались ежедневные схватки, не всегда успешные для русских. Так, в одной из них Уральский полк потерял всех своих лошадей и очутился пешим. Днем сражались, ночью мастерили летучие паромы из камыша, в котором недостатка не было. Скоро паромы были готовы, и отряд совершил свою невероятную переправу. Правда, некоторые из этих плотов опрокинулись, и люди, бывшие на них, потонули, некоторые унесены были быстротой течения в Черное море, но большинство добралось-таки до русского берега». «Общую потерю бибиковского отряда показывают различно. По официальным донесениям, она не превышала тысячи ста человек, но по другим известиям, изо всего восьмитысячного войска вернулись только три тысячи на ногах и тысяча совершенно больных, причем из последних большая часть умерла».

02.10.1790 – Турецкая армия под командованием Батал-паши перешла на правый берег Кубани и двинулась в сторону Кабарды. В армии насчитывалось 8 тысяч пехотинцев, 15 тысяч кавалеристов и 30 орудий. Кроме того, к турецкой армии примкнуло, примерно, 15 тысяч закубанских горцев. Против турецкой армии действовали три российских отряда: генерала-майора Германа, бригадира Беервица и генерала-майора Булгакова. Будучи хорошо осведомлены о маршруте движения турок, отряды генерала Германа и бригадира Беервица атаковали и отбросили турецкую армию. Отступая, турки бросили все свои орудия. «Но самым важным результатом этой победы было пленение Батал-паши. (Батал-паша провел в плену девять лет. Он долго жил в Крыму и выехал оттуда только в 1799 году)». Сразу после разгрома турецкой армии российский отряд под командованием генерала-поручика Розена переправился через Кубань и разорил адыгейские селения на протяжении 50 верст, после чего, не надеясь больше на турок, закубанцы начали принимать российское подданство.

27.06.1791 – Русские войска под командованием генерала Гудовича осадили турецкую крепость Анапа, «а на следующий день с утра батареи открыли по ней огонь. Гудович торопился с приступом, сознавая, что положение его корпуса может сделаться отчаянным. Перед ним были грозные твердыни, уже видавшие перед собой русские силы. За ним собирались отчаянные полчища горцев, готовые отрезать отступление или броситься в тыл русским, чтобы поставить их между двумя огнями. К тому же имелись сведения, что турецкий флот спешит на помощь Анапе и что он уже только в двух или трех переходах от нее. Гудовичу известно также, что Анапу защищает пятнадцатитысячный отборный турецкий корпус и что в городе находится известный агитатор Шейх-Мансур, присутствие которого, по его влиянию на умы мусульман, могло заменить собой не одну тысячу войска».

03.07.1791 – Штурм Анапы русскими войсками под командованием Гудовича. «Войска разделились на четыре колонны, из которых одна, под командой генерала Загряжского, расположившись тылом к Анапе, приготовилась отражать нападение горцев, а остальные, под начальством генералов Булгакова, Депрерадовича и барона фон Шица, назначались на приступ. В полночь со всех русских батарей началась жестокая канонада. Турки отвечали не менее сильным огнем. И русские колонны двинулись к Анапе. Первые две колонны, спустившись в ров и приставив лестницы, быстро, взобрались на стены и, несмотря на стойкое сопротивление турок, проникли в крепость. Третья колонна, генерала Шица, попала под сильный перекрестный огонь и была отброшена назад с огромным уроном. Но, устроившись, она повторила атаку и после жестокого боя утвердилась на правом бастионе». Попытка черкесов ударить в тыл штурмующим была отбита. «Между тем, турки сопротивлялись так упорно, что к шести часам утра почти весь главный русский резерв уже был израсходован, и Гудович ввел в дело остальную конницу, состоявшую из четырех полков под начальством бригадира Поликарпова. Они пронеслись под смертоносной тучей картечи и, спешившись в воротах крепости, оттеснили турок от окраин города. Поднимавшееся солнце застало еще кровавое побоище в домах и на улицах. Первые минуты, последовавшие за взятием крепости, были ужасны. Победители, раздраженные долгим сопротивлением и понесенными потерями, думали только о мщении. Более восьми тысяч турок были перерезаны в самой Анапе, столько же погибло и потоплено в море, и из всего анапского гарнизона спаслось на лодках едва ли более полутораста человек. Русские потеряли на этом штурме девяносто три офицера и до четырех тысяч нижних чинов, следовательно, половину отряда». Находившийся в крепости Шейх Мансур, с несколькими соратниками, забаррикадировался в одном из погребов. Русские подорвали двери погреба. Тяжело раненный и в бессознательном состоянии шейх Мансур попал в плен. В числе 70-ти старших военачальников попавших к русским плен был также и командовавший войсками гарнизона трехбунчужный Мустафа-Паша. Всем им, также и Мансуру, Гудович обещал свободу после окончания войны. Все указанные военачальники, и лидеры кавказских народов, кроме Мансура, были освобождены.

26.10.1791– Секретным рескриптом Екатерины II, шейх Мансур, как бунтовщик и важный государственный преступник, был отправлен в Шлиссельбургскую крепость и приговорен к пожизненному заключению в ней «за возбуждение народов гор против России и причинение большого ущерба империи».

09.01.1792 – Заключение Ясского мира, который подтвердил право России на Крым, Тамань и правый берег Кубани. Анапа и Суджук-Кале были возвращены Турции.

11.07.1792 – «Высочайшею грамотою» Черноморскому войску, бывшим запорожцам, пожалованы земли по правой стороне Кубани, от Усть-Лабинской крепости до Керченского пролива и далее берегом Азовского моря.

15.11.1793 – Отряд в составе двух батальонов с четырьмя пушками, под командованием П.Потемкина, вошел в Тифлис.

24.04.1794 – В Шлиссельбургской крепости скончался шейх Мансур. Он был «похоронен без всякого обряда на Преображенской горе, близ города».

23.05.1795 – Персидский шах Ага-Муххамад внезапно появился под Тифлисом. На следующий день он разбил небольшое войско царя Ираклия и вступил в город.

13.05.1796 – Русский корпус в составе двух пехотных и двух кавалерийских бригад, под общим командованием генерала Зубова, подошел к Дербенту. «Верстах в четырех от города казаки были встречены огнем дербентских наездников и пешими стрелками, засевшими по горам и оврагам. После перестрелки, продолжавшейся более трех часов, неприятель был оттеснен и заперся в крепость, а русские войска обложили город и открыли по нему канонаду. Действие полевой артиллерии против каменных стен оказалось, малодейственным, и потому главнокомандующий приказал батальону Воронежского полка вместе с двумя гренадерскими ротами взять штурмом передовую башню. Несмотря на отчаянную храбрость солдат, штурм был отбит. Командир батальона полковник Кривцов и почти все офицеры были переранены; нижних чинов выбыло из строя более ста человек, и генерал Римский-Корсаков вынужден был отступить на прежнюю позицию».

14.05.- 18.05.1796 – Усиленная артиллерийская бомбардировка Дербента русскими войсками.

18.05.1796 – Повторный штурм передовых укреплений Дербента. «На этот раз в составе штурмовой колонны были две гренадерские роты Воронежского полка и третий батальон Кавказского егерского корпуса. Воронежцы, не отвечая на огонь неприятеля, быстро приблизились к башне и закипела кровавая битва. Защитники верхнего яруса были все переколоты; тогда нападающие живо разобрали половицы и вместе с досками и балками обрушились в нижний этаж на головы врагов, которых и истребили штыками. Пока гренадеры бились внутри башни, батальон егерей, атаковав наружную ограду, выгнал из нее персиян, и таким образом около полудня, все передовые укрепления были окончательно взяты. Это дозволило русским войскам в тот же день спуститься вниз с каменных высот и заложить траншеи на весьма близком расстоянии от города».

19.05.- 20.05.1796 – «Новое двухдневное жестокое бомбардирование» Дербента русской артиллерией.

21.05.1796 – Сдача Дербента. «На крепостной стене был выкинут белый флаг, а вслед за тем и гордый Шейх-Али-хан явился в русский лагерь в униженном виде, с повешенной на шее саблей. Жители просили пощады и, бросая оружие, толпами выходили навстречу русским войскам. Взятие Дербента стоило русским одиннадцати офицеров и ста семи нижних чинов».

10.10.1796 – Крупный отряд горцев под руководством Сурхай-хана Казикумухского и Ших-Али-хана Дербентского вошел в селение Алпаны (Дагестан) и захватил вход в ущелье, «по которому только и можно было спуститься с гор на равнину Кубинского ханства». Целью рейда был разгром русских войск, под командованием генерала Булгакова, находящихся в г.Кубе. «Булгаков узнал о грозящей опасности. Рота егерей, отправленная на разведку, под командой капитана Семенова, открыла неприятеля в Алпанском ущелье и остановилась в ожидании помощи. Скоро к ней подошел подполковник Бакунин с тремя ротами того же батальона, с казачьей сотней и двумя орудиями. Бакунин решился идти вперед, чтобы перед рассветом атаковать неприятеля. Офицеры одобрили это намерение, и в ночь батальон втянулся в лесное дефиле, которое через несколько часов должно было стать его могилой. Начинался рассвет, когда показалось селение Алпаны Но едва отряд стал выходить из леса, как горцы ринулись на него из оврага. Атака была неожиданна и так стремительна, что русские орудия не успели сделать ни одного выстрела, как уже были захвачены горцами. Неприятель окружил отряд со всех сторон, и началось беспощадное истребление его. Бакунин, Семенов и большинство офицеров были убиты; остатки, уцелевшие от этой резни, успели скрыться за сложенными бревнами и здесь отбивались до тех пор, пока не пришел к ним на помощь весь Угличский пехотный полк с четырьмя орудиями, под командой полковника Стоянова. Увлеченные боем, горцы заметили новый русский отряд только тогда, когда картечь хватила в самую середину их скопища. Застигнутые врасплох, они, в свою очередь, были окружены и разбиты наголову. Булгаков, не довольствуясь этим, приказал наказать казикумыкского хана полным опустошением его владений, и войска со всех сторон уже двинулись в горы, когда Сурхай явился в лагерь с повинной головой и отклонил грозу безусловным исполнением всех предписанных ему условий. Он выгнал из своих владений Шейх-Али-хана, дал аманатов и со всем народом присягнул на подданство русской государыне».

21.06.1796 – Бзиюкская битва между восставшими против своего дворянства шапсугами и бжедугами, поддержанными адыгской военно-феодальной знатью. «Бжедухский князь Батырь-Гирей явился к кошевому атаману Чепеге и заявил о своем намерении перейти в подданство России вместе с подвластными ему бжедухами. Императрица согласилась принять в подданство Батырь-Гирея и повелела Чепеге защищать его от враждебных горцев». В долине реки Бзиюк (в 19 километрах южнее нынешнего города Краснодара) встретились крестьянское ополчение и феодальное войско. Произошло кровопролитное сражение, небывалое до этого в истории адыгов. В ходе завязавшейся схватки между крестьянской конницей и основными силами дворянской кавалерии был убит бжедугский князь Батыр-Гирей Хаджимуков. Однако крестьянская конница, преследовавшая отступающего противника, попала под пушечный обстрел находившегося в засаде казачьего отряда полковника Еремеева, что по существу и решило исход сражения. Крестьянская пехота оказала упорное сопротивление, но лишившись поддержки своей конницы, потерпела поражение. В итоге сражения бзиюкское поле покрылось сотнями убитых и раненых. Вмешательство казаков Чепеги в пользу одной из сторон вовлекло их в совершенно иной круг военных отношений. «С этого времени враждебные племена горцев начали мстить черноморцам. …Они переправлялись через Кубань, нападая на казачьи поселения и хутора: грабили их, угоняли скот и уводили людей в плен. Для наказания горцев за учиняемые набеги Войсковое Правительство посылало черноморцев за Кубань, которые в свою очередь, жгли горские аулы, угоняли скот и уводили в плен людей…».

19.11.1800 – Разгром русско-грузинскими войсками Омар-хана Аварского. «Сам Омар-хан получил тяжелую рану и вскоре умер».

10.03.1802 – нападение черкесов на казачий байдак (судно, наподобие парома, имевшее весла и руль, вооружение байдака «состояло обыкновенно из фальконетов, иногда и из одной трехфунтовой пушки, а по борту, обращенному к неприятельскому берегу, устраивались щиты с бойницами для ружей»), шедший от Бугазской пристани к Екатеринодару с «четырьмястами пудами казенного пороха». «Плывший байдак неожиданно был осыпан черкесскими ружейными пулями с берега. Начальник судна тотчас взял направление к противоположному берегу, чтобы выйти из-под выстрелов горцев, но тут-то и случилась с ними непредвиденная беда. Глубокий противоположный край Кубани, весь поросший густыми камышами, скрывал засаду, и едва байдак подошел к нему, как горцы сделали залп и мгновенно вскочили на палубу. Рукопашный бой был непродолжителен; оба офицера и четырнадцать казаков были убиты, а остальные, вместе с байдаком и пушкой, остались в руках неприятеля. Случилось, что двое тяжелораненых были приняты черкесами за убитых и брошены на берегу. Они-то впоследствии добрались кое-как до Кубани и сообщили о происшествии».

24.04.1802 – Торжественное объявление в Тифлисском соборном храме об окончательном присоединении Грузии к России и приведение к присяге на подданство всех сословий города.

апрель 1802 – «Рота Кабардинского полка, под начальством майора Алексеева, настигла хищников, засевших в крепком ущелье среди неприступных утесов и камней. На предложение сдаться лезгины ответили, что пришли не с тем, чтобы отдаться в плен, и сражались отчаянно. Выпустив последние заряды, они кинулись в кинжалы и все до одного погибли на штыках кабардинцев»

весна 1802 – аварцы во главе с Султан-Ахмед-ханом напали на российские войска, расположенные в долине р. Алазань.

10.06.1802 – Начало экпедиции черноморских казаков, под командованием атамана Бурсака, против черкесов. В экспедиции участвовало шесть тысяч казаков и два полка егерей.

11.06.1802 – Нападение атамана Бурсака на селения князя Буджука. «Казаки подошли к ним скрытно, несмотря на то, черкесы встретили нападение ружейной пальбой, а вскоре на выручку к ним прискакала и новая партия в пятьсот человек. Бой закипел, и долго ни та, ни другая сторона не уступала ни шагу. Горцы бились отчаянно, чтобы выиграть время и спасти семейства, черноморцы хотели именно взять эти семейства и упорно ломились в аулы. Наконец части казаков удалось скрытно зайти в тыл неприятелю и дружной атакой смять черкесов. Тогда четыре аула, захваченные казаками, были превращены в груды развалин; весь скот, имущество, семьи — все осталось в руках черноморцев; пленных было взято более пятисот человек, и в числе их находился сам князь Буджук со всем своим семейством. Атаман Бурсак произведен в награду за это дело в полковники».

01.10.1802 – Бейбулат Таймиев с группой в 20 человек переправился на тулуках через Терек, в отчаянной схватке около хутора Парабоч захватил в плен полковника Дельпоцо (будущего генерал-майора, коменданта Владикавказской крепости), убил трех казаков охраны и увез пленного в Герменчуг. Oттyдa потребовал за освобождение полковника 20 000 рублей серебром. Последовали продолжительные торги, и, в конце концов Бейбулат уступил пленного царскому командованию за 8 000 рублей.

31.01.1803 – «черкесы перешли Кубань и бросились на Александровский пост. Постовой начальник хорунжий Коротняк, встретивший их на валу, был убит, и горцы ворвались внутрь укрепления. Но здесь не удержались и отступили, успев захватить с собой жену Коротняка и восемь казаков».

14.03.1803 – экспедиционный отряд в составе русских частей (1482 пехотинца, 2 орудия) и грузинской милиции (около 5 тыс. чел.) под командованием генерала Гулякова выступил против джаро-белоканцев. Лезгины оказали упорное сопротивление, но против частей регулярной армии и артиллерии устоять не смогли и были разбиты в результате серьезных боев 17 и 19 марта 1803 г. Российская армия «истребила все ближайшие селения и самые Белаканы обратила в развалины…». При этом было убито до 500 лезгин (в том числе и мирных жителей) и взяты в плен 44 мужчины, 92 женщины и два беглых грузинских князя.

24.06.1803 – набег «сильной партии в шестьсот-восемьсот человек лезгин» в Грузию. Около селения Цалка лезгины столкнулись с рабочей командой во главе с капитаном-исправником Енохиным, состоящей из 108 грузинских рабочих и прикрытия из 9 казаков и 11 егерей. «Люди Енохина частью были изрублены, частью захвачены в плен, и только сам он и шесть казаков спаслись благодаря; быстроте своих лошадей. Они, проскакав в три часа около семидесяти верст, явились в Гори с известием, что по правому берегу Куры на деревню Хавли идут лезгины. Полковник Цехановский, заведовавший горийским кордоном, отправил навстречу неприятелю тридцать егерей, под командой штабс-капитана Богданова. Но егеря не прошли и трех верст, как получили приказание вернуться и идти в селение Карели, куда, по слухам, направились лезгины и где стояла рота полка Цехановского. Сам Цехановский, в сопровождении пяти казаков, поскакал туда же, желая лично присутствовать при первом деле своих егерей с лезгинами. Но и егеря, и он опоздали — катастрофа в Карели уже совершилась.
Капитан Секерин, командовавший стоявшей там ротой, узнав, что лезгины отбили у жителей скот, бросился за ними в погоню. Секерину предстояло действовать в лесистой местности, где неприятель на каждом шагу мог устроить засаду, а рота Секерина состояла из сорока четырех человек. Между тем он не усомнился кинуться с ней в дремучий бор, начинавшийся верстах в семи за деревней, и был окружен массой лезгин. Сам Секерин одним из первых был тяжело ранен в ногу. Отойдя в сторону, он начал платком перевязывать рану, как вдруг толпы лезгин бросились на него и он был изрублен на глазах отряда». В ходе боя были убиты 3 офицера и 40 солдат. «Подоспевшие егеря с Цехановским нашли только четырех тяжело израненных, которых лезгины не успели захватить».

21.10.1803 – дагестанцы под командованием Сурхай-хана Казикумухского и аварского старшины Алисканда напали на отряд генерала Гулякова у деревни Могало (Грузия), но были отбиты и отступили.

13.01.1804 – генерал Гуляков, имея в своем распоряжении 10 рот пехоты, гренадерский батальон, две роты егерей, казачью команду и 5 орудий (всего около 2,5 тыс. чел.), выступил в поход на Джаро-Белоканскую область (Дагестан). Первый бой состоялся на правом берегу р.Алазань, у лезгинской деревни Баматло, где дагестанское ополчение было разбито после ожесточенного боя. Дагестанцы понесли большие потери. По словам Р.М.Магомедова, после этого боя «Гуляков в течение двух недель опустошил всю Джаро-Белоканскую область. Горцы истреблялись. От упорно сопротивлявшихся аулов не осталось камня на камне».

15.01.1804 – генерал Цицианов, после месячной осады, взял штурмом Гянджу. «Колонна генерала Портнягина, приблизившись к Карабагским воротам, приняла вправо, чтобы ворваться через брешь, пробитую накануне в земляной стене, но так как против этой бреши сосредоточились главные силы ганжинцев, то Портнягину пришлось оставить ее в стороне и штурмовать крепостную стену при помощи лестниц. Сопротивление, встреченное им, было, однако же, так велико, что русские войска два раза возобновляли приступ и два раза были отбиты со значительным уроном. Тогда Портнягин бросился сам во главе колонны и первый взошел на стену. Вслед за ним появился Нарвского полка поручик Кейт и тут же пал, пораженный несколькими пулями. Та же участь постигла майора Бартенева, который бросился вперед, желая увлечь за собой севастопольцев. Наконец, уже подполковнику Симановичу во главе гренадер удалось взобраться по лестницам на стену и выручить Портнягина, окруженного татарами. В это время вторая колонна, предводимая полковником Карягиным, взошла на стену со стороны Тифлисских ворот и овладела главной башней. Другие две башни были взяты последовательно одна за другой майором Лисаневичем, и в одной из них, Хаджи-Кале, был убит сам Джават-хан, не захотевший искать спасения в бегстве. Видя безвыходность своего положения, он сел на пушку и с саблей в руке защищался, пока не был изрублен капитаном Каловским, который и сам тут же был убит татарами. Смерть хана внесла смятение в ряды неприятеля, он скоро был сброшен со стен, и майор Лисаневич, разгоняя штыками последние, еще державшиеся кое-где неприятельские резервы, пробился к воротам. Растерявшиеся жители прятались в домах и сараях, женщины оглашали воздух неистовыми криками. Между тем солдаты штыками очищали от неприятеля улицы, сплошь покрытые мертвыми телами. К полудню бой стал утихать и вспыхнул вновь только на один момент, когда солдаты наткнулись на пятьсот татар, засевших в мечети. Сперва им предложили сдаться, но когда узнали, что в числе запершихся находятся лезгины, это послужило сигналом для смерти всех защитников. В Ганже взяты были девять знамен, двенадцать орудий, шесть фальконетов и большие запасы оружия и провианта. Русским же ганжинский штурм стоил семнадцати офицеров и двухсот двадцати семи нижних чинов, выбывших из строя». Ханство было присоединено к России, а Гянджа переименована в Елизаветполь.

27.01.1804 – генерал Гуляков, после разгрома Джаро-Белоканской области, решил воспользоваться ситуацией и проникнуть в Нагорный Дагестан, чтобы устрашить аварцев. Однако в Закатальском ущелье российские войска были окружены ополченцами Сурхай-хана Казикумухского и лезгинами. Лишь после тяжелого восьмичасового боя и с большими потерями (одних убитых свыше 300 человек) российскому отряду удалось выйти из окружения и отступить. Был убит и генерал Гуляков. Как писал Цицианову участник этого боя граф Воронцов (будущий наместник Кавказа): «Бог знает, как мы оттуда вышли; никто из нас не думал пережить этот день».

лето 1804 – антироссийские восстания в Кабарде и Осетии.

10.08.1804 – триста кабардинских панцирников, «переправившись за Малку, внезапно бросились на слободу Солдатскую. Казачий пикет, застигнутый врасплох, был изрублен; несколько жителей, бывших в поле, взяты в плен; табуны отогнаны; и кабардинцы, с легко приобретенной добычей, возвратились назад прежде, чем сигнальные маяки разнесли по Линии тревогу. С ближних, и с дальних постов прискакали на место происшествия казачьи резервы, но гнаться за неприятелем было уже невозможно: по ту сторону Малки, напротив деревни, стояла громадная конная партия».

05.09.1804 – набег отряда генерала Мейера в ущелье Сабан-Кош, на аулы князя Росламбека Мисостова. В авангарде отряда двигались линейные казаки. «Уже Сабан-Кошское ущелье было в виду, как вдруг из него показалась двухтысячная конная партия кабардинцев, шедшая к Линии. Линейцы ударили в шашки. Кабардинцы смело понеслись навстречу, и обе стороны сшиблись в рукопашной свалке. Сильнейшие числом кабардинцы смяли казаков. И вот линейцы несутся назад, кабардинцы – за ними. Заметив впереди ложбину, линейцы стали сдерживать лошадей и вдруг повернули в сторону, а кабардинцы, пронесшиеся мимо них, в упор налетели на скрытую в засаде пехоту. Дым грянувшего залпа окутал всю кабардинскую партию; между тем линейцы повернули назад и врезались в ряды неприятеля, кабардинцы, исстари славившиеся своим наездничеством, не уступали, и нападение, и защита шли с равным ожесточением. Но пока на равнине шло жаркое кавалерийское дело, а кабардинские вестники скакали повсюду, сбивая народ на тревогу, Мейер с двумя ротами казанцев быстро проник уже вглубь Сабан-Кошского ущелья, занял аулы и истребил богатейшие кабардинские пасеки. Крики тревоги неслись еще по горам, а Мейер вслед за тем притянул к себе конницу и быстро отошел обратно за Малку. Но пока Мейер ходил к Сабан-Кошу, шайка отчаянных абреков, под начальством молодого Атажукина, перебралась на русскую сторону и своим появлением навела панику на целую окрестность. Сам Георгиевск, защищаемый всего ста восьмьюдесятью драгунами Таганрогского полка, три дня был в оборонительном положении».

08.09.1804 – бой между отрядом генерала Мейера и группой кабардинцев, под предводительством Атажукина. Горцев атаковали «линейные сотни майора Лучкина и есаулов Венеровского и Старожилова повернули туда, но партия кабардинцев оказалась настолько значительной, что линейцы, спешившись, послали просить подкрепления. Мейер повел к ним казанские роты форсированным маршем. До полутораста абреков, завидев приближающуюся пехоту, понеслись на нее в атаку с такой стремительностью, что едва не ворвались в каре по следам своего предводителя, который почти в упор выстрелил из ружья в генерала Мейера, ружье осеклось. Каре устояло, а залп его одним из первых уложил на месте смелого предводителя. Тело его быстро подхватили нукеры, но ружье, из которого он выстрелил в Мейера, было захвачено солдатами. В эту минуту казаки, вскочив на коней, ударили в шашки – и абреки бежали. Пехота преследовала их за Золку. Казаки рубили бегущих. В числе убитых были два узденя Адель-Гирея и два брата Анзоровы, славившиеся своим наездничеством».

28.09.1804 – «тысяча человек отборных наездников шапсугов перешли Кубань с намерением идти к Тимошевской станице. Триста казаков, с атаманом во главе, встретили их на переправе, но, подавляемые превосходными силами, вынуждены были отступать, пока на помощь не подоспел взвод конной артиллерии и картечным огнем не остановил неприятеля. Тогда сражение приняло необычайно кровавый характер. Напрасно шапсуги пытались проложить дорогу оружием — картечь отбрасывала их назад, и скопище вернулось за Кубань».

29.09.1804 – генерал Мейер, получив известие о намерении кабардинцев напасть на Солдатскую слободу «оставив свой лагерь под прикрытием ста тридцати пяти донских казаков, с есаулом Денисьевым, передвинулся со всем отрядом за двадцать шесть верст к Солено-Бродскому посту, где были хорошие броды, к тому же Солено-Бродскому посту, по другой стороне Малки, приближалась сильная кабардинская партия, предводимая Шамахой Наврузовым, намеревавшимся также именно здесь переправиться через речку». Узнав о прибытии Мейера, Наврузов, отменив переправу «бросился вниз по течению, перешел речку близ Крымовского поста и внезапно атаковал вагенбург. Донская сотня после недолгого боя отступила, и Наврузов зажег оставленный русский лагерь. По первому известию об этом Мейер быстро двинулся назад, но застал на месте своего становища уже только печальные следы разрушения. Наврузов, однако же, не пошел внутрь Линии и отступил за Малку».

31.09.1804 – генерал Мейер выступил на р.Золку с неполным батальоном Казанского полка (триста шестьдесят штыков) и четырьмя сотнями донских и линейных казаков. Двигавшийся в авангарде донской казачий полк, под командой полковника Крюкова, обнаружил переправу крупной партии кабардинцев через р.Малку. «Казаки бросились в атаку. С налета врезались донцы в самый центр неприятеля, где стояло пятьсот человек отборных панцирников; но кабардинцы, дрогнувшие на первых порах, скоро оправились, и, окруженные со всех сторон, донцы в жесткой рукопашной схватке были смяты и опрокинуты… Сотник Шурупов с шестью казаками, далеко занесшийся вглубь неприятельских масс, пропал без вести; восемь казачьих тел осталось в руках неприятеля. Сам полковой командир, подполковник Крюков, раненный стрелой в ногу, был окружен кабардинцами. Его бессменный ординарец и телохранитель казак Упарников заслонил его собой и был изрублен на куски. Крюков, несмотря на рану, защищался отчаянно, но, конечно, был бы убит, если бы адъютант и два урядника не заметили отсутствия своего командира и не бросились к нему на помощь сквозь густую толпу и вырвали Крюкова из рук неприятеля.
Между тем на выручку донцов неслись моздокцы; их встретили, однако, новые толпы кабардинцев, спешившие из-за Малки, а панцирники налетели на батальон с такой быстротой, что застрельщики едва успели вскочить в каре, как каре были окружены со всех сторон. Кабардинцы так плотно насели на пехоту, что ей пришлось отбиваться штыками. На флангах в это время шла жаркая конная схватка – моздокцы не пускали неприятеля обскакать пехоту с тылу; под есаулом Венеровским была убита лошадь, и он отбивался пешим впереди своих казаков. Донцы между тем успели оправиться. Сомкнутым фронтом выдвинулся вперед полк Персиянова. Смятые новой силой, кабардинцы дали тыл. Линейцы насели на фланги. Была уже темная ночь, когда разбитые прискакали на Малку. Но тут они увидели, что переправа занята моздокскими казаками, успевшими прискакать сюда раньше. Снова закипел бой на жизнь и смерть. Кабардинцы силились овладеть переправой, линейцы их не пускали. Скоро подоспели сюда донцы и пехота. «Офицеры, – пишет Мейер, – рубились наравне с солдатами, но ничто не могло сломить кабардинцев». Тогда, Мейер отодвинул пехоту назад и, расположив ее в разных местах небольшими засадами, крикнул казакам: «Назад!» Едва казаки показали тыл, как кабардинцы, разгоряченные боем, ринулись за ними в погоню, попали на засаду, и пехота со всех сторон охватила их. Тогда, разбитые наголову, кабардинцы бросились в Малку. Было десять часов вечера, когда бой совершенно затих; весь русский отряд ночевал тут же, на поле сражения, и лишь на следующий день возвратился в лагерь. «Все поле сражения, – доносил Мейер, – на котором лежало сто тринадцать кабардинских тел, было усеяно клочьями мяса и ребрами». В русском отряде выбыло из строя два офицера и семьдесят пять нижних чинов.

13.12.1804 – «восемь конных и пять пеших черноморских полков при шести орудиях», под командованием атамана Бурсака, вторглись в земли шапсугов. «Предав совершенно опустошению берега Шебже, Афипсу и Обуни, Бурсак возвратился на Кубань». Горцы, «лишенные жилищ и имущества, оставленные на зиму без крова и хлеба, просили пощады и дали аманатов. За личную храбрость и распорядительность в этой экспедиции Бурсак награжден был орденом св. Анны 2-ой степени, украшенным алмазами».

21.03.1805 – генерал Глазенапп «внезапно сделал громадный шестидесятиверстный переход и неожиданно очутился на равнине посреди многочисленных кабардинских табунов и стад». Захватив все табуны и стада русские вернулись на Линию.

20.02.1806 – под стенами Баку, во время переговоров с ханом Гуссейном-Кули, убиты генерал Цицианов и подполковник Эристов. «Оставшийся старшим в отряде генерал-майор Завалишин оказался ниже своей задачи и малодушно, под предлогом недостатка провианта и большого числа больных, поспешно отступил от крепости вместо того, чтобы немедленным и грозным штурмом отомстить за смерть главнокомандующего. Он посадил войска на суда и, бросив Закавказье, отплыл с ними в Дагестан, в шамхальские владения, откуда с трудом пробрался на Линию». Отрезанные голову и руки Цицианова послали в Тегеран Фет-Али-шаху.

24.04.1806 – экспедиция генерала Глазенапа в Дагестан. Большинство дагестанских владельцев, в период русско-иранской войны 1804-1813 гг., сохранило верность России и поход русских войск в Дагестан в 1806 г. превратился в «триумфальное шествие». Уже в самом начале похода, Глазенап сообщает в Петербург, что шамхал Тарковский «истинно приверженный и верный подданный Е.И.В., во всех случаях оказывает свою помощь и усердие». Позже войско шамхала присоединилось к российской армии. 2 июня 1806 г. Уцмий Каракайтагский и Табасаранские владельцы также предложили Глазенапу свою военную помощь. Всячески помогали русским войскам и жители Приморского Дагестана: строили и чинили мосты, дороги, изъявляли желание вступить в российскую армию и участвовать в войне с Ираном и поддерживающим его феодалами. Когда в Петербурге увидели, что явную непокорность в Дагестане оказывают только Ших-Али-хан Дербенсткий и Сурхай-хан Казикумухский, здесь было принято решение извлечь из ситуации максимум выгоды. Глазенап получил приказ захватить Дербент, занимавший важное стратегическое место на берегу Каспийского моря, как промежуточное звено между Россией и Закавказьем. В июне Глазенап двинулся к Дербенту. Правитель Дербента Ших-Али-хан решил вместе с наемным лезгинским войском оказать сопротивление российской армии. Однако население Дербента не хотело войны и выступило за мирную сдачу города. Ших-Али-хан не пользовался ни поддержкой, ни уважением у подвластного ему населения. «Погрузясь во все пороки и злодеяния», он «похищал девиц, лучших красавиц в Дербенте, отнимал супруг у отчаянных мужей, и после со смехом отсылал их обратно; ни слезы красавиц, ни бешенство мужей, ни просьбы отцов и матерей, не смягчали сладострастного деспота». Дербентское население ожидало российские войска как своих освободителей и когда Ших-Али-хан не согласился с его требованием сдать город без боя, против него было поднято восстание. Ших-Али-хан бежал в горы к Сурхай-хану. П.Г. Бутков так описывал эти события: «Возмущение, вспыхнувшее в Дербенте вследствие расточительного и распутного поведения Шейх-Али-хана, усиливается при вести о походе русских. Хан принужден бежать, а жители тогда же извещают о том Глазенапа, изъявляя свою покорность и прося его поспешить занятием города войсками.

21.05.1806 – у местечка Гюниюк состоялся серьезный бой между отрядами Сурхай-хана Казикумухского (сюда входили казикумухцы, джарцы, аварцы) и союзником России Селим-ханом Шекинским. Еще до подхода российских войск, задержавшихся из-за трудностей перехода через горы, шекинцы разбили Сурхай-хана. Он потерял около 1 тыс. человек убитыми, более 800 человек попало в плен. Сам Сурхай-хан и его сын были ранены.

22.06.1806 – русские войска без боя вошли в Дербент, правителем которого был назначен один из преданных России азербайджанских ханов – Албена-бек Ахматов. 26 июня Глазенап докладывал Александру I: «…Столь славный древний персидский город Дербент покорен отрядом войск под начальством моим без урона и пролития крови». Бежавший в горы Ших-Али-хан попытался собрать силы для возвращения Дербента. «Но русские быстро рассеяли отряды Ших-Али-хана, Сурхай-хана».

01.03.1807 – штурм Ханкальского ущелья отрядом генерала Булгакова. «Булгаков подошел к Ханкальскому ущелью и потребовал его сдачи. «Только по нашим трупам русские пройдут через теснину», — ответили горцы». Несколько тысяч чеченцев и пришедших на помощь лезгин и карабулаков, вступили в бой с четырехтысячным отрядом Булгакова. «Едва колонны спустились в лощину, весь лес наполнился страшным гулом, и отовсюду началась пальба по отряду, повсеместно начались рукопашные бои». Благодаря лесной местности, затруднявшей действия русской конницы, чеченцам путем частых атак по тылу и арьергарду удалось нанести существенный урон отряду. И только мощным огнем артиллерии, с огромными людским потерями (по некоторым данным до 1,5 тысяч человек), русским «после кровопролитнейшей девятичасовой резни, доныне не забытой еще на Кавказе» удалось вытеснить чеченских ополченцев из Ханкальского ущелья. Булгаков взял ущелье, «но огромная потеря, понесенная при этом русскими, только утвердила чеченцев в мысли о неприступном положении их родины, вот почему грозный штурм Ханкальского ущелья, открывший путь в самое сердце Чечни и памятный на Кавказе доселе, окончился таким ничтожным результатом, как покорение двух независимых обществ: Атаги и Гехи».

13.03.1807 – после непрерывных стычек с мелкими отрядами чеченцев войска Булгакова, Ивелича и Мусина-Пушкина соединились у селения Большие Атаги.

17.03.1807 – сражение у крупнейшего чеченского селения Герменчук, в ходе которого, по данным Бриммера, генерал Булгаков потерял до 500 человек. После сожжения этого села «усмирительная» экспедиция, уничтожившая десятки чеченских селений, фактически закончилась.

10.05.1807 – нападение отряда черкесов «в двести человек на Сенгилеевку (село Богоявленское), лежавшую почти в двадцати пяти верстах от Кубани. Грабеж и резня продолжались до двух часов пополудни и стоили русским дорого: тридцать человек было убито, утоплено и сожжено, двадцать четыре ранено, сто два захвачено в плен, а скота и лошадей угнано при этом нападении более двух тысяч голов».

19.05.1807 – генерал Гангбелов направил казачий полк во главе с полковником Кухаренко, «занять небольшой черкесский аул, лежавший в лесистом ущелье реки Псебета». Атаман Бурсак, «знавший, какие неудобства представляет местность для конного полка, послал на помощь к нему еще небольшой отряд казаков с приказанием действовать неприятелю в тыл, и только эта предусмотрительность спасла Кухаренко. Сопротивление, встреченное им в лесу, было так сильно, что сам атаман, встревоженный участью черноморцев, поскакал на место боя, принимавшего опасный для них характер. К счастью, в это именно время подоспело подкрепление, и тогда Кухаренко, раненный шашкой в лицо, и сотник Ворапай, раненный в голову и в бок, тем не менее бросились вперед во главе своих казаков и на глазах атамана овладели аулом».

21.05.1807– В ходе русско-турецкой войны, русские войска под командованием графа Гудовича, после двухдневной бомбардировки, предприняли штурм турецкой крепости Ахалкалаки. «Войска были разделены на три отряда, под командой генерал-майоров Титова, Портнягина и графа Гудовича, сына главнокомандующего. На самой заре, все три колонны по условному сигналу двинулись на приступ, но встречены были таким жестоким ружейным и картечным огнем, что две колонны повернули назад и только третья, имея во главе Портнягина, поднялась на стену. Чтобы поддержать ее, Гудович ввел в дело все свои резервы, но, несмотря на все усилия, русские не могли утвердиться в городе. Тогда, получив сведение, что потеря в войсках простирается уже до девятисот человек, Гудович приказал начать отступление, и три орудия остались в руках неприятеля. Неудача штурма так сильно подействовала на графа Гудовича, что он уже не пытался продолжать блокаду и возвратился в Грузию».

04.06.1807 – черкесская «партия, прорвавшись у Беломечетки, разбила Воровсколесскую станцию Кубанского полка и увела в плен более двухсот казаков».

30.06.1807 – сражение между русскими войсками, под командованием графа Гудовича и турками у г.Гюмри. «Дело долго не решалось, происходя преимущественно на флангах. Но когда Несветаев со своей колонной неожиданно выдвинулся перед фронтом неприятеля и повел стремительную атаку на лагерь, турки в панике бросились бежать и ушли в Арзерум. Несветаев горячо преследовал их, и ему принадлежат почти все трофеи этой победы: двадцать три орудия, знамена и лагерь с множеством запасов.
Потери в русских войсках не превышали в сражении ста человек убитыми и ранеными, но в числе последних находился начальник двадцатой пехотной дивизии генерал-лейтенант барон Розен. Поражением анатолийской армии решилась участь кампании 1807 года в азиатской Турции. Государь возвел графа Гудовича в сан генерал-фельдмаршала».

06.09.1807 – «важные двое человек, которые в Чечне много значат: наездник Бейбулат Тайманов (Таймиев) и его товарищ Чулик Кендиргеев (Гендергеноев из села Старые Атаги), коим Вашим именем объявил капитанские чины с тем, если они успеют вспомоществовании моем к склонению чеченцев к окончательному покорению русским, на которое от Вашей светлости решение еще не последовало – сдались».

21.10.1807 – Сражение отряда подполковника Еремеева (тысяча черноморских казаков и горская милиция) против абадзехов у р.Белой. «Абадзехи, массой насевшие на правое крыло отряда Еремеева, сильно теснили черкесов-бейзруковцев, и дело готово уже было принять совсем дурной оборот, когда подоспели на помощь черноморцы. Полковник Порывай с сотней казаков вихрем ударил на неприятеля; в то же время картечный залп из трех орудий, приведенных Еремеевым, произвел в рядах абадзехов страшное опустошение, и после минутного боя все скопище их обратилось и бегство. Началась бешеная, ничем неудержимая погоня, на которую способны одни рассвирепевшие горцы. Сам князь Бейзрук понесся вперед, чтобы натешиться местью над пораженными врагами. К сожалению, он слишком увлекся и, наскочив в лесу на засаду, был убит наповал. Смерть князя расстроила весь план похода, и бейзруковцы, упавшие духом, потерявшие веру в успех всего предприятия, стали расходиться по домам; Еремееву также не оставалось ничего более, как возвратиться на Линию».

19.11.1807 – большой отряд черкесов, объединившись с кабардинцами, уничтожил «до основания богатое Каменнобродское селение. Одних убитых насчитывали тогда более ста тридцати душ обоего пола; в плен взято триста пятьдесят человек, весь скот отогнан, хутора сожжены, а озимые посевы вытоптаны».

Осень 1807 – «Сильная партия» закубанских горцев, «прорвавшись у Прочного Окопа, проникла до Егорлыка, угнала тысячу лошадей и нанесла большой урон Донскому полку полковника Араканцева, попытавшемуся было отбить у нее добычу».

29.12.1807 – вернувшись из Тифлиса, куда он был направлен для беседы с главнокомандующим, Бейбулат Таймиев получает сообщение, что его товарищи произвели нападение на казачий кордон. Бейбулат ночью бежит из русского лагеря в Чечню и вновь собирает вокруг себя удальцов.

29.11.1808 – штурм русскими войсками под командованием графа Гудовича города Эривань. «Войска четырьмя колоннами, предводимыми полковником Симановичем, майорами Борщовым, Новицким и капитаном Челищевым, двинулись к крепости, но штурм окончился полной неудачей. Персияне дрались отчаянно, и по приемам их можно было заключить, что в этот день руководили ими французские офицеры. К довершению всего, при самом начале сражения, полковник Симанович и сменивший его майор Вылазков были тяжело ранены, и колонна их первая остановилась во рву, засыпанная картечью и ручными гранатами. Вторая колонна хотя и взобралась на стену, но, не поддержанная вовремя, была отброшена назад в беспорядке. Начальник колонны майор Новицкий был ранен, а заступивший его место Борисоглебского драгунского полка полковник Булгаков — убит. Третья и четвертая колонны попали во рву под сильный фланговый огонь с двух батарей и, потеряв обоих колонных начальников, майора Борщова убитым и капитана Челищева раненым, также отступили. Видя общую неудачу атаки и огромные потери — до восьмисот человек выбывшими из строя, — Гудович приказал ударить отбой. Несколько дней простоял еще Гудович после несчастного приступа под стенами Эриванской крепости, изыскивая средства к ее покорению, но многие полки приведены были в такое расстройство, что о повторении штурма нечего было и думать. Сознавая, что при таких условиях взять Эривань открытой силой невозможно, фельдмаршал начал отступление в Грузию. Отступление Гудовича, совершавшееся среди глубокой и снежной зимы, может быть названо, в полном смысле слова, бедственным. Войска переходили горы по пояс в снегу, при вьюгах и морозах, доходивших до пятнадцати градусов. Главнокомандующий должен был выслать вперед весь Нарвский полк и батальон пехоты, чтобы расчищать дорогу лопатами, но, несмотря на принятые меры, до тысячи человек из отряда погибло от стужи. Борисоглебский драгунский полк лишился при этом всех своих лошадей и возвратился пешим. Сам фельдмаршал жестоко простудился и получил сильнейший ревматизм, от которого впоследствии потерял один глаз».

23.05.1809 – «горцы перешли Кубань и взяли Новогригорьевский пост, вырезав гарнизон его до последнего человека». «Начальник поста Похитонов и с ним двадцать человек были убиты; штабс-капитан Фетисов, сорок два казака и тридцать пять солдат, тяжело израненные, взяты в плен».

24.01.1810 – нападение черкесов на «хутора, принадлежавшие к Ивановской станице».

30.01.1810 – черкесы захватили Ольгинский пост и разграбили Ивановскую и Стеблиевскую станицы. Гарнизон Ольгинского поста составлял 200 черноморских казаков во главе с полковником Тиховским. «Четыре часа бился Тиховский, и казаки брали уже верх, как вдруг показалась туча конных черкесов; она неслась со стороны Ивановской станицы по направлению к Кубани и, услыхав пушечные выстрелы, повернула на место сражения. Дружно ударили черкесы на Тиховского и притом в тот самый момент, когда у казаков почти не стало патронов. Последний пушечный выстрел скосил передние ряды нападавших, но остальные, как волны, хлынули и поглотили собой отчаянно бившуюся кучку казаков. Напрасно Тиховский и есаул Гаджанов употребляли последние усилия, чтобы сплотить казаков и кинуться в ратища, – черкесы стойко выдержали напор и приняли казаков в шашки. Началась беспощадная резня. Тиховский был изрублен на куски. С ним вместе погибли и остатки его храброй дружины. Кроме Тиховского были убиты хорунжие Кривошея, Жировый и сто сорок четыре казака. Есаул Гаджанов и шестнадцать казаков, большей частью тяжко израненные, успели пробиться, а остальные с пушкой уведены черкесами в плен. Всем оставшимся в живых казакам государь пожаловал Георгиевские кресты, но только шестеро из них дождались этой награды, остальные же от тяжких ран вскоре последовали за своим славным предводителем».

07.02.1810 – нападение черкесов на станицу Мишастовскую. Двести пятьдесят казаков и расквартированная в станице рота егерей оказали ожесточенное сопротивление. «Подполковник Бурнов, распоряжавшийся обороной станицы, был ранен пулей в щеку, но заступивший его место храбрый капитан Трубицын, после четырехчасового упорного боя, отбил нападение».

01.03.1810 – атаман Бурсак перешел Кубань и вторгся в земли абадзехов.

05.06.1810 – военное столкновение ингушей с чеченцами (по некоторым данным, спровоцированное царской администрацией), в которое вмешались русские власти, чтобы проявив “заботу” об ингушах, принять их в подданство России. Главнокомандующий русскими войсками на Кавказе, генерал Тормасов, поручил коменданту Владикавказской крепости воспользоваться этим случаем и склонить ингушей к подданству Российской империи.

19.06.1810 – Ших-Али-хан с трехтысячным отрядом вторгся в Кубинскую провинцию и осадил город Кубу, где находился российский гарнизон из двух батальонов Севастопольского полка, «достаточно сильных, чтобы разбить мятежников», но которые «не решались выступить в поле и ждали напрасной помощи со стороны татарских ханов». Крайне нерешительно вел себя и генерал Репин, командовавший войсками в районе Баку, Кубы и Дербента. Отряд (рота Севастопольского полка и бакинское ополчение) под командованием майора Левицкого, посланный Репиным в августе 1810 г. на разгром Ших-Али-хана, после первого же боя с повстанцами вернулся обратно в Баку. Ших-Али-хан «пришел из Табасарана… и с помощью Хамбутай-бека Хазринского и других кубинских жителей, около четырех месяцев владел Кубинской провинцией, исключая города…»

02.10.1810 – Видя неспособность Репина подавить Кубинское восстание, Тормасов снимает с русско-персидского фронта часть войск (800 человек пехоты и 200 казаков при двух орудиях) и во главе с полковником Лисаневичем направляет их против Ших-Али-хана. В помощь им была придана шекинская и ширванская конница (свыше 1000 сабель).

04.10.1810 – русские войска под командованием полковника Лисаневича нанесли поражение Ших-Али-хану Дербентскому.

22.10.1810 – во Владикавказе между представителями ингушского народа и русской военной администрации был подписан официальный акт о добровольном присоединении Ингушетии к России. Согласно условиям договора ингуши обязались помогать русским в защите Военно-Грузинской дороги от нападений враждебных России племен, а также принять на свою территорию русские войска, разместившиеся вскоре в новопостроенном укреплении Назрань, в верховьях Сунжи. Взамен, от имени русского правительства, ингушам были обещаны “справедливость”, “выгоды”, “преимущества” и защита от врагов. Ингуши получили также обещание, что земли, занятые ими на плоскости, а также по правой стороне Терека, останутся навечно в их владении.
Впрочем, по акту 1810 г. под контроль царской администрации попала в основном плоскостная Ингушетия, горные же ингушские общества еще в середине XIX в. считались “полупокорными”. Против них несколько раз посылались карательные экспедиции

25.10.1810 – генерал Лисаневич, у табасаранского селения Эрси, разбил отряды Ших-Али-хана. «Отправленный в Кубинскую область г.-м. Лисаневич открывает военные действия, – отмечал П.Г. Бутков. – Он всюду поражает бунтовщиков и принуждает Шейх-Али-хана искать убежище у своего родственника табасаранского кадия Абдулла-бека. Оба, с 5 тыс. чел., укрепляются в местечке Эрси. Лисаневич берет Эрси приступом. Шейх-Али-хан скрывается в горы. Кубинская область покоряется без сопротивления, а сообщение между Кубою, Дербентом и Баку восстанавливается».

18.11.1810 – у селения Зейхур состоялось сражение между отрядами генерала Гурьева и бывшего правителя Дербента и Кубы Ших-Али-хана, закончившееся поражением русских. По словам Потто: «Бой, начатый в лесистых ущельях, скоро перешел в кровавую резню, длившуюся шесть часов кряду и кончившуюся тем, что Севастопольский полк вынужден был отступить с большой потерей». Н.Ф.Дубровин так описывает эту битву: «Едва наши войска стали входить в ущелье гор, покрытых густым лесом, как лезгины со всех сторон насели на отряд. По неприступности гор артиллерия не могла принять участия в деле, и хотя в течение шести часов, до захождения солнца, кипел самый ожесточенный бой, но он кончился отступлением нашего отряда, потерявшего более 300 человек убитыми и ранеными», 50 человек попали в плен.

05.01.1811 – полковник Рудзевич взял штурмом и разрушил турецкую крепость Суджук-Кале.

30.05.1811 – Встреча чеченского наездника Бейбулата Таймиева с генералом Тормасовым в Тифлисе.

31.05.1811– Возвращение Бейбулата Таймиева на русскую службу. Спустя некоторое время, захватив майора Швецова, он ушёл в горы.

02.12.1811 – у селения Рустов (Дагестан) русские войска под общим командованием Хатунцева разбили отряды Ших-Али-хана Дербентского.

17.12.1811– генерал Хатунцев двинулся вглубь владений Сурхая-хана Казикумухского, «действуя в оных оружием… и несколько сопротивляющихся деревень Сурхай-хану принадлежащих», предал «огню и мечу». Н.Ф. Дубровин также отмечал, что Хатунцев «на пути сжег шесть деревень».

26.12.1811 – русские войска, под командованием генерала Хатунцева, после ожесточенного штурма взяли крепость Кюри, центр Кюринской провинции, принадлежащей Сурхай-хану Казикумухскому.

12.02.1812 – в Хевсуретии в с.Ахмет началось восстание, охватившее всю Кахетию. Восставшие объявили царевича Григория своим царем. «Города Телави и Сигнах подверглись осаде. Укрепленный Телави успел отбиться; но в Сигнахе, где много было грузин, комендант майор Гейне, все чиновники и весь гарнизон были вырезаны. Горькая участь постигла и стоявший в деревне Кагобети пятый эскадрон Нарвского полка, с командиром его полковником Мартыновым. Мартынов успел спасти только штандарт, с которым ускакал один унтер-офицер, а сам, запершись в башне с семнадцатью драгунами, защищался до тех пор, пока не получил смертельную рану. В деревне Кадоло команда из восьмидесяти егерей девятого полка спаслась только тем, что пробилась к небольшой крепости, находившейся в самом конце деревни. Здесь она защищалась двадцать три дня, питаясь во все это время только одной сырой пшеницей. Быстрота, с какой разлился пламень бунта во всем Телавском уезде, поражала неожиданностью, и все отряды, посланные на выручку к Телави, понесли более или менее значительные потери. Шедший из Сигнахского уезда донской казачий полк, под командой есаула Кузнецова, наткнулся в лесах на толпы мятежников и был совершенно разбит ими, так что Кузнецов едва успел спасти полковые знамена, с которыми и ускакал в Сагареджио. Почти в то же время три роты егерей, под командой майора Вронского, подходя к Телави, были атакованы сильнейшим неприятелем, и хотя пробились под перекрестным огнем через весь форштадт и вступили в крепость, но понесли значительные потери. Еще неудачнее были действия третьего отряда, направленного из Сагареджио в составе двухсот восьмидесяти спешенных нарвских драгун под командой майора Есипова, буквально под самыми стенами Телави, Есипов был убит, а из числа его драгун только сто двадцать человек — без офицеров — проникли в город, и то лишь при помощи отчаянной вылазки, сделанной из крепости. Ободренные успехами, мятежники перенесли военные действия в Сигнахский уезд и напали на селение Бодбисхеви, где находился целый батальон Кабардинского полка под командой подполковника Степанова. Целый день с утра и до позднего вечера сражался Степанов посреди селения, объятого пламенем, но, потеряв двух офицеров и двести двенадцать человек из одного батальона, не мог удержать за собой позицию и ночью отступил к посту Кара-Агач».

12.06.1812 – Подавление Кахетинского восстания.

18.09.1812 – Прибытие грузинского царевича Александра в Кахетию. Новое восстание в Кахетии. Восстание было подавлено в декабре 1812г., царевич Александр был вынужден бежать в Аварию.

январь 1813 – Сурхай-хан Казикумухский прорвался в Кюринское ханство, разбив российский пост у селения Ричи. Однако Кюринская милиция во главе с Аслан-ханом (генерал Хатунцев прислал ему в помощь 50 солдат и одно орудие) разгромили «воинство» Сурхай-хана у селения Керхей. Не поддержанный никем из дагестанцев, Сурхай-хан в сопровождении 30 своих родственников бежал в Персию, надеясь получить помощь у шаха.

22.05.1813 – Крупная военная экспедиция русских войск в Хевсуретию и граничившую с нею по Аргуну горную Чечню, которая преследовала грузинского царевича Александра, восставшего против России.

13.06.-27.06.1813 – Победа полковника Тихновского над восставшими кистинцами, истребление 9 их аулов. Уничтожение генерал-майором Симоновичем 20 хевсурских аулов.

11.09.1813 – Безуспешная попытка грузинского царевича Александра, во главе койсубулинцев и соседних с ними дагестанских обществ, вторгнуться в Кахетию и поднять тушинов и кахетинцев против России.

18.09.1813 – горцы, «ворвавшись в русские пределы, увели с собой за Кубань до двух тысяч ногайских семейств. Две экспедиции, предпринятые Портнягиным с целью возвратить беглецов, не имели успеха; удалось только отбить скот и часть имущества — все остальное успело укрыться в земле абазинов».

05.11.1813 – Заключение Гюлистанского мирного договора, по которому Персия признала присоединение к России Северного Азербайджана и Дагестана. Однако, персы отказались закрепить в договоре за Россией Чечню, которую они считали независимой страной.

лето 1815 – Ших-Али-хан попытался организовать нападение на Кюринское ханство, однако его поддержало всего около тысячи человек. Этот отряд был разбит в первом же столкновении с русским батальоном на границе владения Аслан-хана.

лето 1817 – Начало строительства крепости Преградный Стан, вызвавшее усиление нападений чеченцев на Кавказскую линию. «Уже не поодиночке, а целыми крупными конными партиями» чеченцы прорывались за Терек и нападали на казачьи станицы и военные посты. Ими были уничтождены кордонные сторожевые посты Буковский, Банный и Сунженский. У Ивановской станицы они отбили и угнали за Терек большой табун. Частыми стали прорывы чеченцев в ногайские степи через кордонную линию между Кизляр-Шанцем и Щедринской станицей. Партизанская борьба чеченцев в 1817 г. держала «гарнизоны и укрепления в состоянии постоянной тревоги». Когда Ермолов в октябре 1817г. вернулся из Ирана, он был буквально «завален донесениями о происшествиях на левом фланге». Остановить эту волну нападений чеченцев на Кавказскую линию Дельпоццо оказался не в состоянии. Об организации военной экспедиции в Чечню нечего было и говорить. «Так как шалости чеченцев день ото дня есть дерзновеннее, – доносил он А.П. Ермолову в ноябре 1817г., – то я приказал снять все посты по Тереку, кои в нынешнее время, не принося никакой пользы, подвергаются сами опасности быть вырезанными, а взамен их учредил на открытых местах только денные… Проезд от Червленной до Ивановской крепости вовсе прекращен и жителям дозволено ездить только один раз в день вместе с разъездом и то, когда дорога будет осмотрена»

26.04.1818 – «Один лезгинец, с кинжалом на поясе, смело пробрался через цепь, стоявшую вокруг селения Кара-Агач, достиг штаб-квартиры и вбежал в первый попавшийся ему на глаза дом. Это была швальня эскадрона. Там пять человек драгун спали и двое работали при свете поставца. Прежде чем те успели всмотреться в пришедшего, лезгин бросился на спящих и двум из них нанес тяжелые раны кинжалом. Работавшие драгуны бросились на него с голыми руками; он ранил их обоих, и, наконец, уже был заколот остальными проснувшимися драгунами, успевшими схватить свои ружья. Все четверо раненых в тот же день умерли. Что за причина привела лезгина на верную смерть – осталось неизвестным».

06.06.1818 – Прибытие генерала Ермолова с войсками на Сунжу, напротив выхода в Ханкальское ущелье, взятие аманатов с ближайших чеченских аулов.

22.06.1818 – Заложена крепость Грозная. Попытка чеченцев воспрепятствовать строительству, была подавлена.

июнь 1818г. – Начало восстания в Дагестане, получившего название «Ханское движение». В антироссийском лагере оказалось большинство дагестанских владельцев – ханы аварский, мехтулинский, казикумухский, майсум табасаранский, кадий акушинский и др. Выступить против России отказались лишь шамхал Тарковский и уцмий каракайтагский (последний – по тактическим соображениям).

20.08.1818 – Генерал Ермолов обращается к горцам с «Объявлением владельцам деревень расположенным по Тереку», в котором говорится, что в случае, если жители, пропустившие «хищников» мимо своих аулов, «не защищались от них», «то деревня истребляется, жен и детей вырезывают»

лето 1818 – Хасан-хан Мехтулинский захватил часть владений Тарковского шамхала, как сторонника России. Повстанцы планировали овладеть всеми землями шамхала и уцмия, вторгнуться в Кубинскую провинцию и Кюринское ханство . «Дагестанцы не оставляли, – отмечает Н.Ф. Дубровин, – своих намерений и приготовлялись, вместе с чеченцами, отстаивать свою стесненную независимость. Ших-Али-хан из Акуши отправил своих посланных к Абдул-беку эрсинскому, приглашая его в собрание и предлагая принять на себя возбуждение табасаранского народа к восстанию. Аварский Ахмет-хан отправил большую партию лезгинов в помощь чеченцам и заготовлял на долгое время запасы соли из тарковских озер, не встречая в том препятствий со стороны шамхала» . С наступлением осени антироссийская активность дагестанских владельцев резко усилилась. «…Аварский хан собирал под свои знамена дагестанцев, обещал им истребить наши войска, дать горцам полную свободу и изгнать русских. Ших-Али-хан составил себе отряд из акушинцев. Абдула-бек эрсинский формировал свою толпу из Табасарани» .

04.11.1818 – штурм г.Башлы горским ополчением, в котором состояли «все племена и народы Дагестана». «Весь народ здешний, будучи крайне недоволен правлением ген.-м. Пестеля, готов всякую удобную минуту поднять оружие, – писал Мадатов А.П. Ермолову. – Ужасный ропот в народе на несправедливые и нерезонные поступки Пестеля дошел до меня в самом начале въезда моего в здешние провинции, который (народ) говорит, что ни удовлетворения ни в чем не видит и даже ни одного ласкового слова от Пестеля, а слышит одни лишь только всегдашние повторения его «прикажу повесить». Одновременно Пестель взял от горожан 29 аманатов и потребовал выдать таковых и от акушинцев, даргинцев и других дагестанских обществ. Штурм закончился разгромом отряда Пестеля (его потери – 12 офицеров и около 500 нижних чинов убитыми и ранеными). «В два часа пополудни неприятель появился на высотах и в ущельях, а вслед затем атаковал некоторые укрепления. Войска не ожидали нападения и были застигнуты врасплох. Одна распорядительность артиллерии полковника Мищенки и Севастопольского полка майора Износкова, собравших отряд, спасли его от конечной гибели. Войска потеряли бодрость, не имели порядка, но защищались в городе».

05.-06.11.1818 – «Днем и ночью, продолжалось беспрерывное нападение горцев» на позиции русских войск в г.Башлы. «Дом уцмия и замок, препятствовавший приближению неприятеля к городу, и имевший высокие стены, были пунктами обороны. Горцы начали стеснять со всех сторон замок окопами и отняли всякую возможность к вылазкам. Отчаянный фанатизм неприятеля делал оборону весьма трудною. Горцы стремительно бросались на батареи, достигали до самых орудий и падали под их картечью. Некоторые, надеясь на свои панцыри и под защитою их, врывались в ряды солдат и умирали под ударами штыков». Русские войска, «опасаясь остаться без продовольствия, быть отрезанными от сообщения, не ожидая ни откуда помощи и получив сведение, что Ших-Али-хан со своею толпою отделился и двинулся к Кубе» и, учитывая, что «большая часть зарядов и патронов были израсходованы», оставили Башлы и с трудом отступили в Дербент. Во время отступления «горцы, в течение четырех с половиною часов, отчаянно наседали на отступавших, но, встречаемые каждый раз картечью, должны были отказаться от своего намерения уничтожить отряд, отступивший сначала к р.Бугами, а потом к Дербенту», где из 29 аманатов, выведенных Пестелем из Башлы, «по приказанию Ермолова, семнадцать были повешены, а остальные оставлены в городе как малолетние».

06.11.1818 – Получив известия о «неудаче Пестеля», Ермолов, «поспешно окончил работы при крепости Грозной» и направился в Тарки, куда прибыл 15 ноября. «В отряде его находилось: три роты Троицкого полка, два батальона Кабардинского и два батальона 8-го егерского полков, 15 орудий и 400 человек казаков». Численность отряда составляла около 4000 человек.

19.11.1818 – генерал Пестель получил приказ Ермолова совершить карательную экспедицию «для совершенного разорения Башлы и прочих селений взбунтовавшего владения каракайтагского уцмия», «а на возвратном пути… наказать прочие близлежащие селения, участвовавшие против нас». Повстанцы были вынуждены раздробить свои силы на два фронта. Большая часть их сил была направлена против Ермолова, на защиту Мехтулинского ханства. В результате Пестель, не встречая особо сильного сопротивления, «прошел… через деревни Хан-Мамед-кале, Дели-Чобан, Берекой и Джими-Кенд, разорил их до основания, разогнал мятежников, сжег все их хозяйственные запасы» и практически без боя занял Башлы. Выполняя приказ Ермолова, Пестель «совершенно истребил гнездо разбойничье – одним словом, в Башлах не осталось камня на камне и следы основания его совершенно изглажены».

23.11.1818 – Ермолов выступил из Тарков и направился к селению Параул. Внезапным ночным нападением российский отряд захватил высоту, господствующую над Параулом. После чего, 25 ноября, Ермолов без боя занял это селение. Здесь он уничтожил только «богатый дворец» Аварского хана: «проконсул» хотел показать дагестанцам, что он «милостиво» будет обходиться с теми аулами, которые не окажут вооруженного сопротивления российским войскам.

26.11.1818 – Штурм отрядом Ермолова селения Большой Дженгутай в котором находились основные силы дагестанских повстанцев. Здесь «5 часов сряду продолжалась кровопролитная битва», в которой российские войска «встретили сильнейшее сопротивление неприятеля». «Исход боя решили русская артиллерия и военное искусство Ермолова и Вельяминова». «Большой Дженгутай был отдан войскам на разграбление. Та же участь постигла на следующий день и Малый Дженгутай». «Селения Дженгутай, Большой и Малый, прекраснейшие и лучшие нежели многие из уездных наших городов, истребил я до основания»,- напишет Ермолов А.А. Закревскому. А в своем дневнике он добавит: «Главные зачинщики мятежа наказаны смертью».

февраль 1819 – Полковник Греков, собрав внушительный отряд – батальон егерей, 10 пехотных рот, 750 казаков и 6 орудий – ночью занял никем не охраняемое Ханкальское ущелье и начал рубку леса. «В два дня прорублена была широкая просека – и вековой оплот чеченского народа, стоивший стольких жертв и крови Булгакову, пал под топорами русских солдат без единого выстрела. … Ворота в Чечню стояли открытыми настежь».

зима 1819 – полковник Греков (чья «суровость» по отношению к чеченцам «доходила до беспощадности»), исходя из установки Ермолова «почаще тревожить чеченцев», уничтожил селение Куллары. Никаких антироссийских выступлений здесь не было. Поводом послужило то обстоятельство, что «мирные чеченцы, дотоле исполнявшие все требования русского начальства, начали иметь сношения с чеченцами, живущими за Сунжею, принимали их к себе…, начали оказывать явное к нам недоверие и не исполнять приказания». Греков усмотрел в этом «явную измену кулларских жителей» и в течение нескольких часов «весь Куллар» «превратил в пепел», захватив при этом «более 300 штук рогатого скота и баранов», показав тем самым «пример окрестным деревням».

12.04.1819 – Генерал Ермолов предписывает запретить торговлю аварцам и жителям Белокан в Азербайджане и Грузии, так как «изменник Султан-Ахмед-хан не перестает делать возмущение в Дагестане». Вслед за этим аварцам и андийцам была запрещена торговля и в Кумыкии. Аварцев, явившихся с торговыми целями в подконтрольные России районы, Ермолов приказал арестовать, а товар – конфисковать. Подобные же меры были вскоре предприняты и против жителей Акуша-Дарго. Для горцев были закрыты все пути как для торговли, так и для выгона скота на зимние пастбища. В то же время и к ним никто не допускался для ведения торговли. С этого времени торгово-экономическая блокада будет распространена Ермоловым и на другие районы и станет одной из важнейших причин роста антироссийских настроений в горах Северо-Восточного Кавказа.

весна 1819 – Дагестанские владельцы договорились о создании второго антироссийского союза. На этот раз к союзу примкнул и уцмий каракайтагский – Адиль-Гирей, которого оттолкнула от союза с Россией жесткая и бескомпромиссная политика Ермолова, а также погром, учиненный российскими войсками в его владениях.

май 1819 – Повстанцы вступили в шамхальство Тарковское и, встречая поддержку местного населения, заняли Тарки. Шамхал бежал в укрепление Кази-Юрт, под защиту российских войск.

12.06.1819 – Ермолов направляет предписание командующему войсками в Дагестане барону Г.В. Вреде: «Во всяких случаях, когда дерзнет кто-либо возмущать спокойствие подданных г.и. или примером буйства и независимости внушать неповиновение к законной власти, ваше превосходительство действия вредных людей извольте уничтожить оружием и другими от вас зависящими средствами».

29.07.1819 – «В урочище Кубдень-Дыкка съехались на совещание: ших-Али, аварский хан и брат его Хасан». Согласно плану, разработанному восставшими владельцами, аварцы, мехтулинцы, салатавцы, ауховские и качкалыковские чеченцы во главе с Аварским и бывшим Мехтулинским ханами должны были идти на помощь кумыкам, чтобы не допустить строительства крепости Внезапная. Ших-Али-хан, Абдулла-бек Эрсинский, Сурхай-хан Казикумухский и уцмий Каракайтагский должны были захватить Кубинскую провинцию и Кюринское ханство. Акушинцы должны были оставаться в резерве, чтобы «наблюдать за шамхалом» и «угрожать тем, которые захотели бы остаться верными русским».

01.08.1819– Генералом Ермоловым, недалеко от кумыкского аула Эндери, заложена крепость Внезапная.

26.08.1819 – Генерал Мадатов, с отрядом состоящим из 2 батальонов пехоты, роты артиллерии, 300 казаков, 650 кавалеристов из карабахцев, ширванцев и шекинцев, 500 всадников Аслан-хана Кюринского – всего около 2,5 тыс. человек, вступил в Табасаран и занял селение Мараги, узел дорог на Кубу, Дербент и Каракайтаг, после чего напал на Хошни, в котором находились основные силы восставших табасаранцев под руководством Абдулла-бека Эрсинского. Особого сопротивления повстанцы не оказали. Потто отмечает, что российская конница, «стремительным ударом ворвавшаяся в неприятельский стан», «произвела в нем полное смятение. Горцы, устрашенные внезапным нападением, бросились бежать через единственное ущелье, которое еще не успели захватить русские». Потери с обеих сторон были незначительными, но среди убитых горцев был и кадий Табасаранский.

август 1819 – Чеченцы, недалеко от аула Эндирей, отбили «400 упряжных лошадей», принадлежащих отряду Ермолова.

03.09.1819 – Ермолов направляет предписание генералу Мадатову: «…При малейшей защите истреблять необходимо, и, тем пользуясь, не обременять себя излишним и тягостным числом пленных…»

10.09.1819 – «Жестокий бой» у селения Боутугай (Дагестан), в котором Ермолов, во главе отряда состоящего из 13 рот егерей, двух батальонов пехоты, 300 казаков и 13 орудий, разбил дагестано-чеченское ополчение. «Две роты восьмого егерского полка, следовавшие в авангарде, подверглись горячему нападению горцев и стойко выдержали сильный огонь их, но когда лезгины бросились в кинжалы, егеря, незадолго прибывшие из Крыма, так были озадачены этим новым родом нападения, что совершенно смешались и побежали… К счастью, картечь удержала стремительное преследование горцев, а подоспевшие две роты Кабардинцев, с майором Ковалевым во главе, без выстрела ударили в штыки и все опрокинули». «Но успех этот куплен был дорогой ценой: из строя ермоловского отряда выбыло три офицера и сто двадцать семь нижних чинов убитыми, ранеными и пропавшими без вести». Повстанцы отступили в предгорья Салатавии, на заранее подготовленные позиции. Ермолов, во избежание потерь среди своих солдат, не стал атаковать повстанцев, уверенный, что они, с окончанием продовольственных запасов, разойдутся по домам. Так оно и произошло. В ночь на 15 сентября повстанческая армия распалась. Преследуя отступавших, Ермолов совершил марш в дагестанские горы, в «места, почти непроходимые». Никто не оказал ему сопротивления, тем не менее, «несколько селений разорено до основания и истреблен на полях хлеб»

27.09.1819 – Генерал Сысоев с шестью пехотными ротами и семью сотнями казаков с 5 орудиями «рано поутру» плотным кольцом окружил и атаковал аул Дады-Юрт. «Начался отчаянный кровопролитный бой, какого русским войскам еще не случалось испытывать на Кавказе». «Каждый дом должно было брать штурмом и не иначе, как разламывая плоские кровли… Артиллерия действовала по большей части на самом ближайшем расстоянии, т.е. не далее ста шагов и под сильнейшим неприятельским огнем. Как скоро успевали сделать хотя малейшее отверстие в каком-либо доме, то наша пехота врывалась туда со штыками, и происходил сильнейший рукопашный бой; даже казаки большею частию спешенные, находились в стрелках. Это был первый пример, что войска наши застали неприятеля в такой беспечности, что его жены, дети и имущество находились на месте: но зато никогда чеченцы не являлись так ожесточенными. …Несколько женщин бросались с кинжалами на солдат и умирали на штыках. Ужасный этот бой продолжался пять часов и селение было взято не прежде, как все защищавшее оное, погибли на месте, и только 14 человек, изнемогших от ран, были взяты в плен. Небольшому числу женщин и детей, избегших от поражения, была дана пощада, но вдвое большое их число было вырезано или погибло в пожаре, охватившем селение. …Аул в буквальном смысле слова был уничтожен до основания». Была убита большая часть его жителей – около 500 человек. Каратели потеряли 61 убитыми и свыше 200 ранеными. В том числе ранен был и генерал Сысоев. «…Ни в одном доселе случае не имели мы столько значительной потери…», – отмечал Ермолов.

12.10.1819 – из Грозной выступили два отряда. Первый под командованием генерала Сысоева (Куринский полк, 1 батальон 16 егерского полка, 600 казаков и 6 орудий) направился к Ханкале, чтобы «на обширной равнине, позади онаго лежащей, истребить весь хлеб и в большом количестве заготовленное сено, дабы, стеснив чеченцев в способах продовольствия, заставить выселиться далее от Сунжи…». Второй отряд (под командованием полковника Грекова) с этой же целью направился вверх по Сунже. Не встречая особого сопротивления со стороны чеченцев (было всего лишь несколько столкновений), оба отряда, разорив несколько чеченских селений и истребив свыше трех тысяч скирд сена и хлеба, к началу ноября вернулись в Грозную.

13.10.1819 – русские войска, под командованием Ермолова, атаковали качкалыковское селение Исти-Су. Чеченцы защищались «с упорностию», но численное превосходство царских войск и действие артиллерии заставили их отступить. «День этот тем не менее стоил русским шести офицеров и шестидесяти трех нижних чинов выбывшими из строя».

15.10.1819 – Ермолов после непродолжительного сопротивления чеченцев занял селения Аллаяр-аул и Ноим-Берды. Жители остальных качкалыковских селений бежали в горы. «Пример Дадан-юрта распространил ужас» и войска «нигде уже не находили женщин и семейств». В результате репрессивных действий русских войск на чеченской плоскости в сентябре-октябре 1819 г. «чеченцы начали удаляться от берегов Сунжи…». Таким образом, основная часть ермоловского плана по выселению чеченцев с терско-сунженской равнины была осуществлена. «Чеченцы мои любезные – в прижатом положении, – писал он А.А. Закревскому – Большая часть живет в лесах с семействами. В зимнее время вселилась болезнь, подобная желтой горячке и производит опустошение. От недостатка корма, по отнятию полей, скот упадает в большом количестве».

17.10.1819 – Отряд генерала Мадатова напал на г.Башлы (Дагестан) и взял его штурмом. Башлы вторично (первый раз в 1818г.) были «преданы огню» и «разорены до основания». Разбитый в Башлах, уцмий Адиль-Гирей отступил и укрепился в селении Симси. Сын его, Хан-Мамед-бек, собрал около 6 тыс. дагестанцев и напал на Чирахский пост в Кюринском владении, надеясь отвлечь Мадатова от Каракайтага. Здесь произошел весьма упорный бой. Дагестанцы заняли само селение Чирах, но уничтожить российский пост не смогли и вынуждены были отступить после подхода российских войск. Самого же Мадатова отвлечь от Каракайтага не удалось.

октябрь 1819 – Хасан-хан Мехтулинский осадил Тарки. «Только смерть Гассан-хана спасла шамхала. Тогда на сцене выступили акушинцы и, быстро заняв своими войсками вольное общество Гамри-озень, стали на самой границе шамхальства с Каракайтагом. Отсюда они могли направить удар или на шамхала Тарковского или на малочисленный отряд Мадатова, сообщение которого с Ермоловым было уже прервано. Дела стали принимать опасный оборот, и Ермолов решил немедленно идти в Дагестан».

03.11.1819 – Бой у аула Янгикент (Дагестан) между отрядами генерала Мадатова и уцмия Адиль-хана Каракайтагского. «Неприятель после упорного сопротивления, оставив более 100 человек убитыми на месте сражения, рассеялся в беспорядке, и наши войска заняли Энкигент. …Князь Мадатов, истребив до основания дом Уцмея и других ему преданных, возвратился в свой лагерь у реки Дарбах».

31.12.1819 – Ермолов под Леваши разбил ополчение Акушинского союза. Исход боя опять во многом предрешила артиллерия. «Под сильным перекрестным огнем 19 орудий, громивших с фронта и с фланга позицию, неприятель не мог держаться в своих укреплениях и стал очищать их. …Бой продолжался не более двух часов и все произошло так быстро, что акушинцы не успели развернуть против нас даже четвертой части своих сил. Полное поражение неприятеля, гордого своими старыми победами, стоило нам только 4-х рядовых убитыми, двух офицеров и 26 нижних чинов ранеными». Не встречая больше сопротивления со стороны горцев, Ермолов через несколько дней вступил в столицу акушинцев – город Акуша. Все селения, лежащие на пути движения российских войск, были уничтожены и «между прочими разорен прекраснейший городок до 800 домов, Уллу-Айя называемый». Вступив в Акушу, Ермолов назначил нового кадия, ставшего, по его словам, “нашим союзником в полном смысле этого слова, а 24 заложника из самых влиятельных семей, которых мы держим в Дербенте, – лучшая гарантия его покорности”.

31.12.1819 – Сурхай-хан Казикумухский вторгся в Кюринское ханство и напал на Чирахский пост. «Окружив со всех сторон Чирах, Сурхай уничтожил все мосты, отрезал защитников от крепости Кюри и лишил возможности майора Троицкого полка Ягунова оказать помощь Чирахскому посту. Осажденные были поставлены в крайне затруднительное положение…». Осада поста продолжалась несколько дней. Русские солдаты сражались отчаянно и сумели продержаться до подхода отряда генерала Вреде. Из, почти, пятисот человек в живых осталось только 70, большинство из которых были ранены. Но, получив известие о движении отряда на помощь гарнизону и о разгроме Ермоловым акушинцев, Сурхай-хан был вынужден отступить.

05.02.1820 – Большой отряд черкесов вторгся на русскую сторону. «Прорыв был сделан в дистанции Елизаветинского поста, и горцы ударили на хутора Осечки, находившиеся верстах в шестидесяти пяти от Бкатеринодара и в пятнадцати верстах от Кубани. Восемьдесят казаков, предводимых подполковником Ляшенко и войсковым старшиной Порохней, выскакали наперерез скопищу. Черкесы смяли казаков, а через час одни обгорелые головни показывали место, где жили хуторяне. Горцы забрали тридцать человек в плен, много скота – и ушли».

13.02.1820 – черкесы двинулись к Полтавской станице. Находившиеся на соседних постах, есаул Сиромаха и хорунжий Синьговский, «прискакали с резервами, но вся их сила состояла из двухсот казаков, и им нечего было и думать удержать многочисленную черкесскую конницу. Уже горцы вторглись, уже пылали жилища казаков и упорный бой закипел в улицах. Но, к счастью полтавцев, помощь была уже недалеко. Все ближе и ближе несутся на тревогу полки Стороженки и Животовского. Смелым и дружным ударом свежих сил им удалось выбить черкесов из станицы, и Стороженко, пользуясь смятением врагов, соединил под свою команду все наличные оборонительные силы и погнал горцев к Кубани. Казаки при этом взяли с боя два неприятельские значка и успели отбить часть полона, но пятнадцать полтавских жителей все-таки уведены были в плен. Синьговский находился в числе убитых».

март 1820 – Ермолов приказал командованию Кавказской линии начать прокладку лесных дорог и строительство укреплений в Чечне. Задача эта была трудновыполнимой при тех военных силах, которые были на линии: для рубки леса и строительных работ требовалась немалая рабочая сила. К тому же работающих надо было охранять от нападений горцев. В этих условиях командование Линии в качестве рабочей силы решило использовать самих чеченцев. «Под страхом истребления» чеченцам, проживающим между Тереком и Сунжей, было приказано выставить 1 тыс. вооруженных лесорубов.

18.03.1820 – Отряд (2,5 батальона пехоты, 500 казаков и 1 тыс. вооруженных чеченцев) под командованием полковника Грекова выступил из Грозной с целью прорубить просеку к крупнейшему чеченскому селению Герменчук. Кратчайшая дорога туда пролегала через селение Топли, расположенное у переправы через Аргун. С захвата этого аула Греков и начал свой мартовский поход в Чечню. Отметим, что этот аул считался покорным России и ни в каких антироссийских выступлениях не участвовал. «…Войска совершенно неожиданно появились перед селением Топли, захватив врасплох даже самые чеченские караулы. Гребенской казачий полк, посланный вперед с майором Ефимовичем, мгновенно и без сопротивления ворвался в аул, погруженный еще в глубокий сон. Не теряя пороху, гребенцы кинулись по саклям с кинжалами. Дикие крики, вопль и стоны внезапно огласили безмолвные дотоле окрестности. На помощь к казакам скоро подоспели три роты егерей. Часть жителей была перерезана прежде, чем успела подняться с постелей; другая просила пощады». Селение было «разорено до основания». После этого по приказу Грекова были собраны старшины соседних селений, которым под страхом истребления их жилищ было приказано выставить людей с топорами для рубки леса. «Курящиеся развалины» Топли «заставили чеченцев повиноваться». В течение трех дней была проложена широкая просека к Герменчуку и к окружающим его аулам. Несмотря на то, что жители Герменчука не оказали никакого сопротивления, селение это было сожжено.

24.03.1820 – бой у Ханкальского ущелья между отрядом полковника Грекова и чеченцами. «Более трех часов продолжалось сражение, в продолжение коего с обеих сторон дрались с равным ожесточением: наконец, неприятель, приведенный в замешательство» отступил.Всю весну и лето 1820 г. отряд Грекова занимался прокладкой лесных просек за Ханкальским ущельем и вверх по Сунже. Все это время чеченцы совершали нападения на российские войска, пытаясь остановить рубку леса.

03.05.1820 – Чеченцы, согнанные из присунженских селений, начали рубить лес и строить два укрепления – Усть-Мартанский редут и Злобный Окоп, которые должны были стать промежуточным звеном на линии Грозная – Преградный Стан. Одновременн в другой части Чечни, под командованием ген. Сталя и полковника Верховского, велось строительство цепи укрепленных пунктов, которые должны были связать между собой крепость Внезапную и Сунженскую линию. Для производства строительных работ и рубки леса здесь было мобилизовано 2,5 тысячи чеченцев и кумыков. На окрестные селения была возложена также обязанность выставлять караулы для охраны рабочих и поставлять скот для пропитания российских солдат. Первое укрепление – Герзель-Аульское – было построено у сел. Аксай (на одноименной реке), как промежуточное звено между крепостями Внезапная и Грозная; второе – Неотступный Стан – на месте бывшего селения Исти-Су. Оно должно было прикрывать дорогу на Кизляр. Для обеспечения паромной переправы через Терек, между станицами Шелкозаводская и Червленная, было построено укрепление Амир-Аджи-Юрт. К середине октября 1820 г. строительство этих укреплений было закончено.

24.06.1820 – Кровопролитное сражение между отрядом генерала Мадатова (5 батальонов пехоты, сотня казаков, около 2 тыс. кавалеристов из закавказцев и дагестанцев – кюринцев и табасаранцев, 14 орудий) и силами Сурхай-хана Казикумухского у селения Хосрех (Дагестан). «Под огнем 14 орудий, бомбардировавших город, сотнями гибли люди, столпившиеся в улицах, рушились городские здания и осыпались валы. Страшная канонада продолжалась более часа, как вдруг раздался оглушительный треск и над аулом поднялся столб огня и черного дыма – это взлетели на воздух неприятельские патронные ящики, взорванные нашею гранатою. Ужас и паника охватили казикумухцев. Конница их, стоявшая перед окопами, бросилась назад, а на ее плечах наши татары ворвались в город и захватили предместья. …Бой начался в тесных улицах, в домах, в башнях, в укреплениях», горцы «защищали каждую пядь земли с отчаянной храбростью». «Выбитый из города и отрезанный от большой Кумухской дороги татарской конницей, неприятель вынужден был бежать по единственному узкому ущелью, анфилируемому нашей артиллерией, – писал В.А. Потто. – Действие картечи в этом узком горном проходе было ужасно». Сурхай-хан с конницей сумел прорваться. Хосрехское сражение закончилось поражением казикумухцев, которые понесли большие потери – свыше 500 убитых, 603 попало в плен. Также был захвачен «весь лагерь с богатой ставкой Сурхая, одиннадцать знамен и две тысячи ружей. Блистательный штурм стоил, однако же, и русским трех штабс-офицеров и более двухсот нижних чинов убитыми и ранеными».

16.09.-23.09.1820 – полковник Греков, под предлогом совершения «хищничеств и укрывательства разбойников» разгромил чеченские селения Чахкери (у входа в Аргунское ущелье), Дербиш и Шельчиха (на р. Асса). В последнем «спаслись только те, которые были в отсутствии; прочие все сделались жертвою воды, оружия и плена».

02.11.1820 – генерал Сталь с сильным отрядом (три батальона пехоты, 300 казаков, 12 орудий) прибыл в селение Гудермес. Здесь было собрано 50 старшин окрестных аулов. Объявив их всех заложниками, Сталь потребовал выставить около 2 тыс. рабочих для рубки леса и поставлять скот «на порции отряду». Чеченцы вынуждены были подчиниться и в течение недели была прорублена огромная лесная просека длиною более чем в пять верст. В конце просеки, у переправы через Сунжу, было заложено укрепление Умахан-Юрт. Строительство этих укреплений, прокладка просек, поставки продовольствия и транспорта для российских войск ложились тяжким бременем на чеченцев и кумыков. В письме к А.А. Закревскому от 15 декабря 1820 г. А.П. Ермолов отмечал: «Построено еще временное укрепление при самом Аксае, для ограждения его от чеченцев. Докончены многие работы в крепостях Грозной и Внезапной. Все сие сделано малыми весьма средствами и с помощью вновь покоренных народов за ничтожную цену, не требуя на сие ни гроша от казны денег».

03.12.1820 – в Грозную явились делегации почти от всех плоскостных и предгорных селений Чечни (в том числе шалинцы, герменчуковцы, гехинцы и др.), которые присягнули на верность России и обязались платить «дань зависимости» – «по одной рогатой скотине» с каждых десяти дворов в год . Чеченские общества определенно выказали готовность решить проблему взаимоотношений с Россией мирным, политическим путем. Однако Ермолов был твердо убежден, что горцев нужно сперва сломить военной силой, а потом уже установить над ними административную власть России. «…Земли непокоренные не повинуются: их надобно взять прежде», – заявлял он . Этому принципу «проконсул» Кавказа следовал неукоснительно. Поэтому переговоры в Грозной между чеченскими делегациями и Грековым кончились безрезультатно: он потребовал от них беспрекословной покорности, но взамен не дал никаких обещаний прекратить необоснованные карательные экспедиции в Чечню. Мирного диалога между российской властью и представителями чеченцев опять не получилось. Продолжение конфликта становилось неизбежным.

15.01.1821 – нападение дагестанцев на кахетинскую деревню Сабуэ. «В деревне была расположена команда грузинских гренадер, под начальством поручика Кошелева. Грузины смело встретили неприятеля рукопашной схваткой, Кошелев был ранен кинжалом в шею, но, несмотря на геройскую защиту гренадер, успевших отстоять селение от конечной гибели», дагестанцы «все-таки сожгли семь домов, двенадцать человек убили, пятерых ранили и двадцать трех грузин увели в плен. В нападении участвовали лезгины из Нагорного Дагестана в числе восьмисот человек, по преимуществу дидойцев. Вельяминов, узнав об этом, распорядился заключить аманатов их в крепость и заковать в железо».

апрель 1821 – В Тарки прибыл пятитысячный отряд русских войск при 14 орудиях под командованием генерала Вельяминова и началось строительство крепости Бурная. Она, по словам ее первого коменданта Н.Н. Муравьева-Карского, «строилась весьма малыми средствами от казны, почти за счет обывателей, которых Вельяминов без пощады принуждал в возке материалов…». П. Зубов также отмечал, что крепость Бурная строилась «только собственными средствами» шамхальской провинции. Тяжкий принудительный труд на строительстве крепости вызвал возмущение среди жителей шамхальства, которые все чаще стали отказываться от исполнения своих повинностей – «давать рабочих и арбы». Военные власти и шамхал отвечали на это ужесточением наказаний. За малейшее нарушение в несении повинностей с дагестанских жителей взимали штрафы, конфисковывали скот и другое имущество. Часто репрессии осуществлялись по принципу «круговой поруки» – население всего аула подвергалось наказанию за действия одного человека или небольшой группы односельчан. Начавшееся строительство Бурной встревожило соседних с шамхальством горцев. Этим решил воспользоваться Аварский Султан-Ахмед-хан. Он обратился к дагестанцам и чеченцам с призывом подняться на вооруженную борьбу против России. Ему удалось «собрать с разных племен Чечни и Дагестана» около 1 тыс. человек, с которыми он явился в свое бывшее мехтулинское владение, намереваясь нападениями отсюда остановить строительство крепости Бурная. Аварскому хану «удалось произвести только некоторые волнения в мехтулинских селениях и отчасти в самих Тарках, где жители отказались давать арбы и выходить на крепостные работы». Однако вооруженного восстания в шамхальстве не произошло.

24.05.1821 – Объявление в Майртупской мечети муллы Магомеда Майртупского имамом Чечни.

10.09.1821 – Сражение между отрядами генерала Вельяминова (600 штыков при 6 орудиях и конница Аслан-хана Кюринского) и восставшего аварского хана Султан-Ахмеда (около тысячи человек). Восставшие отошли к горному селению Аймеки, где и произошел решающий бой, исход которого, как обычно, решила артиллерия, на руках поднятая на гору солдатами. Поставленная на прямую наводку, она “обращала дома в развалины, уничтожала каменные сакли и башни и зараз выводила из строя несколько человек”, тем не менее “неприятель…, защищаясь упорно, осыпал пулями пехоту”. Русские войска потеряли под Аймеки убитыми 13 нижних чинов и 3 обер-офицера, 49 солдат было ранено. Восставшие были разгромлены, Аварский хан был ранен, но сумел снова уйти в горы. Как всегда, в таких случаях, “селение Аймеки было разорено до основания”

27.12.1821 – генерал Сталь «решил наказать абазинские аулы на Куме. Обречены были на гибель три наиболее населенные смежные аула: Махуков, Хохандуков и Бибердов. В селении Солдатском составлен был с этой целью отряд из двух рот Тенгинского полка, при двух орудиях, и трехсот линейных казаков, под общей командой Тенгинского полка майора Курилы. Линейные казаки, имея во главе командира Волжского казачьего полка капитана Вирзилина и штабс-ротмистра Якубовича, так стремительно ударили в шашки на передовые посты кабардинцев, что моментально сбили их и явились перед жителями, совершенно не ожидавшими такого результата. Волжская сотня, есаула Лучкина, и моздокская, хорунжего Старожилова, первые ворвались в аулы. Все, что захвачено вне домов, было изрублено, все, что успело бежать и скрыться в домах, было забрано в плен. Добычей казаков было до тысячи голов лошадей и рогатого скота и сто сорок девять человек пленных. Этим дело, впрочем, не кончилось, и жаркий бой завязался, когда отряд начал отступление. Сильная кабардинская конница, предводимая князем Арслан-беком Биарслановым, преградила отряду дорогу. Бешеные атаки кабардинцев были, однако, скоро отбиты, и сам Биарсланов упал с коня раненым. Кабардинцы дрогнули и побежали. Горячая перестрелка, однако же, стоила отряду четырнадцати человек убитыми и ранеными. Отряд вернулся в Солдатское со всей добычей. Ермолов приказал отобрать из пленных всех годных к службе и сдать в солдаты, менее годных отправить на крепостные работы, а жен и детей выменять на русских пленных; тех же, которые останутся за разменом, раздать помещикам и казакам в услужение».

14.01.1822 – сформированный для действий в Кабарде отряд полковника Кацырева, состоящий из батальона Кабардинского полка в тысячу штыков, при четырех орудиях, и из двух сотен линейцев, двинулся к Татартубу, так же ему предстояло «истребить Боруковские аулы, принадлежавшие узденям Кучука Джанхотова. Чтобы скрыть истинные цели движения, Кацырев сначала вторгся в Малую Кабарду. Там к нему присоединилось двести конных чеченцев и сотня моздокских казаков, под командой чеченского пристава капитана Чернова, и соединенные силы перешли на левый берег Терека и двинулись на боруковцев. В то же время отряд, высланный из Елизаветинского редута со штабс-капитаном Токаревским, отрезал аулы от гор, откуда также должны были теснить кабардинцев мирные племена осетин дигорцы и аладирцы. Аулы были окружены, но оказались почти пустыми: кабардинские семейства успели заблаговременно выбраться в горы, и только в двух аулах, Баташева и Анзорова, стремительно налетевшая конница застала и истребила до тридцати человек и двенадцать захватила в плен. Разорение пустых аулов не могло произвести большого впечатления на кабардинцев, и Кацырев повернул на речку Шагволу к аулам Али-Мурзы Кудякова, но и эти оказались пустыми. Тем не менее, при переправе через реку Урух произошла горячая перестрелка, стоившая кабардинцам двух известнейших предводителей, а русским – храброго штабс-ротмистра Якубовича, раненного ружейной пулей. Отряд пошел дальше к горам, предавая огню и опустошению лежавшие по пути аулы, но кабардинцы сами предупреждали его, истребляя постройки и запасы, и наконец, отняли у отряда всякую возможность кормить лошадей. Восемь дней провел отряд в беспрерывных движениях, и восемь дней довольствовал лошадей жалкой травой, оставшейся еще под снегами. Вдобавок настали оттепели, и снег почти весь сошел; кабардинцам открылась возможность угнать табуны свои в горы, и попытка захватить один из них, в ущелье Вогацино вызвала только напрасную перестрелку и напрасные потери. Ни одно отчаянное нападение не удавалось: отряд был окружен наблюдательными кабардинскими пикетами и скрытые движения были невозможны. В таких обстоятельствах Сталь решился предписать отряду прекратить военные действия до более благоприятного времени. Потеря кабардинцев в делах с Кацыревым была значительна. Но и со стороны русского отряда общая потеря простиралась за тридцать человек убитыми и ранеными».

26.01.1822 – отряд майора Курило «ходил к верховьям Малки со стороны Георгиевска, но возвратился без всяких результатов и без добычи».

14.02.1822 – «пятьсот закубанских наездников, под предводительством беглых кабардинских владельцев Атажука Магометова, Хамурзы Джембулатова и Карачая Казиева, перешли Кубань в верховьях, близ Каменного Моста. Под прикрытием этой партии около двухсот пятидесяти семейств из мятежных кабардинских аулов, Жантемирова и Трамова, ушли за Кубань со всем своим имуществом».

14.-16.02.1822 – рейд генерала Власова в земли шапсугов. «Имея в своем распоряжении три полка конных и полк пеших черноморцев, при восьми орудиях, Власов быстро шел на шапсугские аулы и хутора, тесно раскинутые по рекам Пшециз, Кун и Богундыр. По ошибке проводника, поведшего войска в темноте ночи не той дорогой, переправляться через Пшециз пришлось в виду одного из аулов, и тревога мгновенно распространилась по окрестности. Но смятение горцев при вести, что казаки уже в аулах, было так велико, что они повсюду без сопротивления бежали, покидая скот, имущество и думая только о спасении семей. Власов разослал по всем направлениям отряды, и те быстро истребили огнем семнадцать больших аулов, сто девятнадцать хуторов и множество заготовленного хлеба. Предав полному опустошению пространство на тридцать верст в окружности и захватив более тысячи голов скота, казачьи отряды опять сосредоточились на речке Пшециз, и только одному из них, под командой полковника Табанца, пришлось выдержать при отступлении жаркое дело. Из опушки леса, приходившегося на его пути, внезапно выдвинулась сильная конная партия и без выстрела ринулась в шашки. Табанец встретил атаку, а между тем на помощь к нему подоспели с одной стороны – полковник Бескровный, с другой – подполковник Кундрюцкий. Охваченные с трех сторон, черкесы загнаны были в лес. Но едва казаки стали отходить от опушки, как горцы еще в больших силах бросились их преследовать. Тогда Власов заложил на пути отряда в разных местах пешие залоги, и черкесы, поминутно наскакивая на них, остановились».

16.02.1822 – генерал Греков «двинулся к Аргуну, чтобы возобновить начавшие зарастать просеки от Топли к Герменчугу и Шали. Чеченцы, под предводительством Абдул-Кадыра, встретили его на Аргуне с оружием. Два часа длился бой за лесную опушку, но наконец войска ворвались в лес, и в то же время пушечное ядро оторвало Абдул-Кадыру ногу. Он не пережил этой раны и на третий день умер. Греков двинулся далее, сжег селения Шали и Малые Атаги, расчистил просеки и возвратился в Грозную».

16.02.1822 – отряд закубанцев вторгся на русскую территорию между Кумский и Танлыцким постами и обстрелял, ехавших на Кумский пост, хорунжего Тетеревятников и его драбанта. Драбант был убит. «Тетеревятников соскочил с коня и спрятался в кустах. Выстрелы были услышаны на соседних постах. Поднялась тревога, и к месту происшествия поскакали, с одной стороны, донские посты, под командой командира полка подполковника Тарасова, с другой – конный резерв Кубанского казачьего полка, с сотником Кузнецовым; собралось всего около девяноста казаков. В то же время, по ту сторону балки, несся на тревогу весь Кумский пост из десяти казаков, при уряднике Вагине. Напрасно казаки Тарасова кричали им об опасности; те с налета ринулись прямо в овраг и неожиданно врезались во всю пятисотенную партию. Видя опасность, которой подвергся казачий пост, Тарасов и Кузнецов стремительно ударили на выручку, но кабардинцы сами бросились навстречу им в шашки, и, после минутной схватки, казаки были опрокинуты, оставив на месте боя двенадцать тел и одного раненого. Кузнецов, врезавшийся в самую середину неприятельской толпы, пропал без вести. Кумский пост был истреблен. Казаки Тарасова, отброшенные к Танлыцкому посту, заперлись в нем и отразили жестокое нападение горцев. Партия не стала, впрочем, домогаться взятия поста и отошла за Кубань».

01.-02.03.1822 – отряд полковника Кацырева «истребил аул со всеми хуторами узденя Мансоха, проник в ущелье Табашин и после жаркого дела истребил два аула, принадлежавшие Мисостовым и Атажукиным. Во всех этих аулах отряд потерял одного офицера и двадцать нижних чинов убитыми и ранеными».

23.03.1822 – Кацырев двинулся к горам, «но при самом же начале движения, он был открыт конной партией кабардинцев в сто пятьдесят человек, под предводительством Таусултана Атажукина. Атажукин разослал во все стороны гонцов с извещением о движении отряда, приказав отгонять с равнин табуны и стада и собираться для защиты. Казаки, на глазах которых угоняли скот, пытались воспрепятствовать этому, но везде встречали сильные партии и успеха не имели. Тем не менее, в течение семи дней, при беспрерывной перестрелке, пять больших аулов, не считая отдельных хуторов, кошей и кутанов, были истреблены до основания. Между ними аул владельцев Касаевых защищался так упорно, что раздраженные солдаты Кабардинского полка перекололи в нем всех, не успевших скрыться,– и мужчин, и женщин».

06.04.1822 – отряд Кацырева «вошел в Чегемское ущелье и истребил аулы Тамбиева».

14.04.1822 – донской полковник Победный совершил набег в верховья Кубани. «Имея в сборе до семисот казаков, ногайцев и бабуковцев, перешел за Каменный Мост и захватил значительный конский табун и отару овец более чем в шесть тысяч голов. Абазины, слабые числом, застигнутые врасплох, не могли и думать об открытом сопротивлении и лишь устроили засаду в тесном ущелье на пути отступления отряда. И вот, едва скучились в ущелье овцы и лошади, абазины открыли пальбу, произведя невообразимую сумятицу в испуганном стаде. Войска поставлены были в положение затруднительное; к счастью, удачный картечный выстрел заставил неприятеля покинуть засаду, и отряд Победнова без потери вышел к Баталпашинску».

16.04.1822 – Кацырев двинулся на аул Каспулата Канчукова. Аул был «занят и истреблен после недолгой, но горячей перестрелки. Русские потеряли здесь десять человек, со стороны кабардинцев было убито и ранено человек пятнадцать».

29.04.1822 – полковник Кацырев, узнал, что «близ аула узденя Аджи Тамбеева пасется табун в тысячу голов и что можно захватить его, если действовать скрытно и осторожно. Как только в лагере пробили вечернюю зарю, Кацырев тихо поднял отряд и ночью повел его на реку Кешпек. На рассвете казаки увидали табун. Но пока они скакали во весь опор, табун уже был загнан в лесистое ущелье, и им удалось отхватить только косяк в восемьдесят лошадей. В то же время другая часть казаков вскочила в аул Аджи Тамбеева. Человек двадцать пеших горцев, захваченных в нем, заперлись, в сакле. Сакля была каменная, и казаки, ограничившись наблюдением за нею, дали знать в отряд. Оттуда поспешно прибыли две роты Ширванского полка. Кабардинцам предложили сдаться – они отвечали выстрелами. И когда из русских рядов выбыло несколько человек, Кацырев велел взять саклю штыками. Озлобленные ширванцы ринулись на приступ. Капитан Красовский первый вскочил в выбитую дверь и пал на пороге ее, сраженный пулей, еще несколько солдат было ранено, но остальные ворвались и истребили всех без пощады. Восемнадцать трупов, вытащенных из сакли, были так обезображены, что бывшие в отряде мирные кабардинцы не могли узнать ни одного из них».

03.06.1822 – начало экспедиции генерала Ермолова против кабардинцев. В ходе экспедиции «кое-где происходили незначительные стычки, в ущелье Черека сожжено несколько селений, в Нальчике отбит табун лошадей и отара овец в четыре тысячи голов, в Чегеме истреблен сильный аул».

06.06.1822 – «партия лезгин человек в пятьдесят напала на десять артиллерийских солдат, ночевавших на Алазани, у брода Урдо, и успела изрубить троих, в то время как остальные спаслись бегством, пользуясь темнотой ночи».

10.07.1823 – начало экспедиции генерала Вельяминова за Кубань. В ходе экспедиции «оба Зеленчука, и Большой и Малый, были очищены от враждебного населения», так же было захвачено «тысяча четыреста шестьдесят семь человек пленных. Меньшая часть их отправлена в Георгиевск на казенные работы; большая – старики, женщины и дети – роздана по станицам и селам».

июль 1823 – Восстание жителей Тарковского шамхальства и Мехтулинского ханства, доведенных до крайности ростом феодального гнета, произволом российских властей и введенными с 1821г. принудительными работами на строительстве военных укреплений. Восставшие убили пристава Батырова (офицера Кизлярского казачьего войска), весьма грубо и жестоко обращавшегося с горцами, отказались повиноваться шамхалу, российским властям и выходить на крепостные работы. Волнения начались также в Каракайтаге и Табасаране.

10.08.1823 – отряд генерала Краббе, сформированный для подавления восстания в Тарковском шамхальстве, разбил один из отрядов повстанцев под аулом Каранай.

11.08.1823 – бой между отрядом генерала Краббе и восставшими крестьянами Тарковского шамхальства у аула Эрпели. На стороне шамхальцев в нем участвовали и их соседи – горцы из вольного общества Койсубу. Л.А. Богуславский отмечал, что под Эрпели произошла «кровопролитная схватка» и горцы «отчаянно наступали». «Когда пламя охватило большую часть селения, то Мищенко в сумерках начал отступление. Толпы жителей, усиленные прибывшим скопищем горцев с трех сторон атаковали отряд: часть неприятеля бросилась сквозь лес на колонну генерала Краббе, а другая часть напала на колонну подполковника Мищенки и, наконец, третья – значительная, – пройдя лесом, набросилась на вагенбург. Майор Еремеев встретил горцев сильным ружейным огнем, открытым заложенною цепью и тем самым остановил первое покушение. Сражение, разыгравшееся в трех пунктах, вскоре сделалось общим; ни один человек отряда не оставался праздным, – только шамхал со своею многочисленною конницею не принимал никакого участия в сражении, а присутствовал в виде хладнокровного зрителя, находясь в безопасной дистанции». На этот раз русским войскам не помогла и артиллерия и они вынуждены были отступить к аулу Кяфир-Кумык.

26.08.-27.08.1823 – решающее сражение у Кяфыр-Кумыка (Дагестан) между восставшими шамхальцами и русскими войсками. Начавшись днем, оно продолжалось всю ночь, «до восьми часов утра… с равным с обеих сторон ожесточением. У неприятеля в бою приняли участие все старики; многим из горцев не доставало огнестрельного оружия и они дрались короткими дротиками». Дагестанские повстанцы потерпели поражение. «Триста неприятельских тел осталось на месте сражения. Евреинов приказал тотчас же, на глазах неприятеля, повесить четырех пленных койсубулинцев, а тела убитых мятежников оставить без погребения. Целый день длилась из-за них перестрелка, так как горцы, по обычаю, пытались поднять тела, но к вечеру перестрелка стихла, неприятель отступил и скрылся в Койсубулинские горы». Потери русских составили три офицера и сорок пять нижних чинов. В целом, при подавлении восстания было убито, ранено и пропало без вести 15 офицеров и 120 нижних чинов.

11.10.1823 – генерал Вельяминов двинул «отряд в три тысячи человек пехоты и восемьсот линейных казаков, при четырнадцати пеших и двух конных орудиях, за Кубань. Сделав в сутки, более ста верст, очутились на Чамлыке. Якубович с небольшой партией казаков пустился далее, к стороне Лабы, на разведку, а вечером по его следам двинулся весь отряд. Вскоре от Якубовича прискакал гонец с известием, что он перешел Лабу и стоит под аулом, что аул уже просыпается. Шесть сотен линейных казаков, под командой командира Волжского казачьего полка майора Верзилина, быстро переправившись через Лабу, понеслись на помощь к Якубовичу. Две роты Навагинского полка и одна Тенгинского, с четырьмя орудиями, поддерживали движение конницы. Казаки успели окружить три аула, стоявшие в близком расстоянии один от другого. Это были ногайцы, прогнанные с Зеленчука и только что начинавшие устраивать свои новые поселения на Лабе по указанию своего владельца князя Эдиге Мансурова. Аулы захвачены были совершенно врасплох. Сам Эдиге Мансуров едва успел каким-то чудом ускакать с женой, но все его имущество осталось в русских руках. Весь скот, в количестве двух тысяч голов, был взят при первом же налете. Из жителей не спаслось почти ни одного: триста человек были вырезаны, пятьсот шестьдесят шесть захвачены в плен. “Непомерная потеря неприятеля,– замечает Ермолов,– произошла от того, что казаки на самом рассвете застали жителей спящими и мгновенно отрезали сообщение между аулами. Свободной оставалась одна сторона, к Лабе, но пехота, скрытно прошедшая до самой переправы, заняла прибрежный лес – и все, что в нем искало спасения, или погибло, или было взято в плен”. Современники говорят, впрочем, что была другая причина жестокого истребления горцев. Дело в том, что пленные, во избежание расходов казны, по приказанию Вельяминова раздавались на содержание линейных казачьих станиц. Мера эта, приводившая казаков к излишним издержкам, крайне им не нравилась и имела печальные последствия: чтобы отделаться от этих расходов, казаки совсем перестали брать пленных и не щадили ни детей, ни женщин».

23.10.1823 – черкесы под руководством Кизбеча Шеретлуко переправились через Кубань. Часть отряда «бросилась к Могильному кургану, зажгла кордонное сено и атаковала казачий пикет; большая, обогнув его, на полных рысях понеслась налево, на Елизаветинское селение. Пока Скакун отстаивал Могильный пост, главная масса черкесской конницы уже достигла Елизаветинского селения. Ляшенко встретил ее пушечным огнем. На помощь к нему прискакал Табанец с двумя своими сотнями и подоспели резервы окрестных куреней. Но черкесы надеялись сломить эту живую стену и несколько раз бросались в шашки, чтобы прорваться в селение. Казаки, под прикрытием четырех орудий, держались стойко. Трудно сказать, однако, чем кончилось бы дело, если бы Казбичу не доложили, что Власов с другим казачьим отрядом скачет из Александровского поста наперерез ему, к переправе. Это известие всполошило горцев; вся масса их, готовившаяся последним ударом сломить преграду, теперь поворотила к Кубани. Почти у самой переправы небольшая казачья команда все-таки заскакала дорогу неприятелю. Казбич смял ее. Казаки дрались отчаянно, но панцири не поддавались ударам пик, и в рукопашной схватке урядник и два казака, сбитые с лошадей, были даже захвачены в плен. Упорная схватка задержала отступление их и дала возможность подойти казачьей артиллерии. Но и к горцам подоспел их резерв, стоявший у Свиного ерика – небольшой речки, протекавшей между Могильным постом и Кубанью, и они, повернув коней, бросились на Власова в шашки. Сам Казбич дрался, как бешеный: ему разрубили левый висок и шею, проткнули бок пикой. Но он все-таки возвратился за Кубань на коне, покрытый кровью и не с пустыми руками – трое казаков остались в плену. Партия понесла большие потери. В числе убитых находился сын старого Казбича, и тело его не было выручено».

осень 1823 – Первое прямое обращение к народу муллы Мухаммеда Ярагского с изложением основ идеологии, которая стала знаменем освободительного движения горцев Северо-Восточного Кавказа в последующие годы: «Народ, мы не магоматане, не христиане и не идолопоклонники. Истинный магометанский закон вот в чем заключается. Магометане не могут быть под властью неверных. Магометанин не может ничьим рабом или подданным, и никому не должен платить подати, даже мусульманину. Кто мусульманин, тот должен быть свободный человек и между всеми мусульманами должно быть равенство. Кто считает себя мусульманином, для того – первое дело газават и потом исполнение шариата».

04.12.1823 – генерал Власов «стянул к себе казачьи полки и перешел Кубань. В шесть часов утра отряд стоял вблизи враждебного аула. Полковник Табанец, с двумя сотнями спешенных казаков и с частью конницы, получил приказание идти вперед и обвести вокруг аула цепь, чтобы затем напасть на него совокупными силами. Но едва Табанец выступил, как в лагерь приехал сын одного из хамышейских князей, и для всех стало ясно, что аул теперь уже предварен об опасности. Действительно, вскоре послышались два ружейных выстрела и затем крик, вероятно, служивший сигналом для жителей. Табанец бросился на выстрелы и наткнулся на прочное плетневое укрепление с воротами, задвинутыми изнутри крепкими засовами. Пока шла перестрелка и пешие казаки ломали ворота, стало светать, а аул был еще далеко, почти на версту впереди, окруженный горами и лесом. Конечно, для казаков проскакать с версту было бы делом минуты, но путь к аулу пересекали две речки, Цаора и Ярки. И вот, как ни торопились казаки,– в ауле они уже никого не нашли: жители разбежались и скот был угнан. Казаки зажгли аул, и когда огонь покончил свое разрушительное дело, Власов приказал отступать».

27.12.1823 – генерал Власов с отрядом состоящим из тысячи конных и тысячи пеших черноморцев, с четырьмя орудиями, двинулся «громить и жечь шапсугские аулы. Шапсуги не проглядели непрошеных гостей, но их было слишком мало, чтобы защищать хутора, и прискакавшие казаки ни в одном из них не застали жителей. Все скрылось в соседних лесах, но вековые дебри смотрели так мрачно, так грозно, что никому не приходило желание углубиться в них, чтобы разыскивать бежавшие семьи. Торопились покончить с тем, что уже было схвачено при первом налете,– и вот большой аул и тридцать прилегавших к нему хуторов запылали разом, все имущество, покинутое в саклях, проворно перемещалось в походные казацкие саквы или предавалось огню, скот захватывался. В полдень Власов приказал начать отступление. Тем временем тревога распространялась по окрестностям, и со всех сторон ближние и дальние шапсуги скакали занимать в тылу отряда узкие лесные теснины. Власову уже пришлось проходить их с боем. Защищаясь шаг за шагом, отряд подошел к переправе. Здесь шапсуги в последний раз попытались броситься в шашки, но, поражаемые орудийным огнем, скоро вынуждены были прекратить нападение. Отряд перешел Азыпс и вернулся в свою лесную засеку, потеряв в экспедиции четырех офицеров и двадцать семь казаков».

Продолжение

 

    

                                              

                        

 

კომენტარის დატოვება

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / შეცვლა )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / შეცვლა )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / შეცვლა )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / შეცვლა )

Connecting to %s